Часть IV. Социальные отношения и вопросы классовой борьбы на Дону
Глава 1. Социальные изменения в составе донского населения к 90-м годам XIX века
Глубокие экономические изменения, происходившие на Дону в течение пореформенного периода, привели к серьезным изменениям в социальной структуре донского населения, к росту классов нового, буржуазного общества.
Процесс изменения старых социальных отношений во второй половине XIX в. в эпоху бурного развития (капитализма происходил чрезвычайно быстро. Особенно ярко он проявлялся в расслоении крестьянства, -в появлении, с одной стороны, людей, лишенных орудий и средств производства, - крестьянского батрачества и бедноты, с другой - деревенской буржуазии - кулачества, концентрировавшей в своих руках основную часть орудий и средств производства.
Уничтожение старых, средневековых сословий в эпоху капитализма происходило в центре страны и на окраинах. Отличаясь там и здесь лишь некоторыми особенностями, этот процесс в главных своих чертах являлся одним и тем же. Поэтому, рассматривая социальные отношения и классовую борьбу в том или ином районе России в эпоху капитализма, невозможно отрывать этот район от всей страны. И в самом деле, как можно понять, например, возникновение рабочего класса в Донской области, не принимая во внимание "раскрестьянивания" в других губерниях России, откуда двигались на юг массы разоренных крестьян.
Каковы же изменения, происходившие в структуре донского населения в XIX в. после реформы 1861 г.?
По наиболее точным данным - сведениям сыскных начальств, к 1 января 1860 г. население Дона составляло 932390 чел.1. В это число входили: казаки (всех разрядов) 611969 чел., помещичьи крестьяне 304399, духовенство 6620, прочие 9402 чел. Другие источники позволяют установить, что на Дону проживало 13205 дворян2 (вместе со служилым офицерством), в том числе 2904 помещика3. Среди войскового сословия числилось 750 казаков торгового общества.
1 ("Материалы для географии и статистики России", стр. 226 (подсчет))
2 ("Материалы для географии и статистики", стр. 216 (таблица), подсчет, стр. 505)
3 (Там же, стр. 227)
Графа "рабочие" в указанных документах отсутствовала. Поэтому данные о числе рабочих нужно искать в других сведениях. Так, в сведениях о промышленности в 1859 г. отмечалось, что "на всех вообще заводах рабочих было до 630 чел."1. Если прибавить сюда 2177 чел., работавших в 1860 г. на шахтах2, то общее число рабочих на Дону в 1860 г. можно определить в 2800 - 3000 чел.
1 (Там же, стр. 513)
2 (ГАРО, ф. 301, оп. 14, д. 229, л. 2)
Следовательно, до реформы 1861 г. основными сословиями среди донского населения были казаки, крестьянство и дворяне.
За 14 лет, с 1859 по 1873 г., донское население выросло более чем на половину1, причем главным образом не за счет естественного прироста, а за счет того огромного потока переселенцев и пришлых временных рабочих, которые непрерывно двигались из центральных губерний России на юг.
1 ("Область войска Донского по переписи 1873 года", кн. 5, Новочеркасск, 1884, стр. 15; там же, "Список населенных мест" (подсчет))
Согласно переписи 1873 г., казачье сословие на Дону увеличилось до 729637 чел. (обоего пола), т. е. на 19,2%, а крестьянское - до 500870 чел., т. е. на 64,5%. Эти данные свидетельствуют о серьезной перегруппировке общественных сил на Дону даже к началу 70-х годов1.
1 (Там же, стр. 262 - 264)
В начале 70-х годов в составе донского населения выделились новые, характерные и для других районов России, сословия - купечество, мещанство. Стало довольно четко определяться сословие ремесленников. Правда, эти группы населения были еще малочисленны: купцов было 2408 чел. (об. п.), или же 0,2%; мещан - 46797 (об. п.), или же 3,5%; ремесленников 13747 чел., или же 1%1. Но главное заключалось в том, что возникли и стали учитываться новые сословия, что отражало собой серьезные изменения, происходившие в экономической жизни области войска Донского.
1 (Там же, Сводная ведомость по округам (подсчет))
Как известно, в 60-х годах купечество состояло в основном из казаков Торгового общества, которых в 1860 г. насчитывалось 923 чел. При учете населения их включали в казачье сословие и не выделяли в отдельную социальную группу. В материалах переписи 1873 г. купечество учитывалось уже по специальной графе. Это говорит о том, что не только увеличилось число купцов (в целом в 5 - 6 раз), но само купечество стало иным.
Группа ремесленников к началу 60-х годов также нигде не учитывалась. Конечно, на Дону и тогда были ремесленники, но ими являлись обычно сезонники, приходившие на Дон из центра и частично оседавшие здесь при кузницах, мельницах, кирпичных и других "заводах". В основном же все то, что требовалось из ремесленных изделий для казачьего хозяйства, - простейшие сельскохозяйственные орудия, повозки, сбруя для коней, обувь, одежда и т. п., как правило, производилось в самих казачьих семьях - казачье хозяйство в значительной степени оставалось еще натуральным.
С развитием капиталистических отношений на Дону, особенно к концу 60-х годов, казачьи хозяйства начинают терять свой натуральный характер, а ремесло быстро становится специальным занятием особой группы людей из иногородних, из крестьянской и казачьей бедноты и т. п. В 1873 г. численность ремесленного сословия достигла 16670 чел. Мало этого, при переписи населения в том же соду ремесленники уже делились по профессиям - на кузнецов, слесарей, портных, шорников, плотников и т. д., всего 22 профессии1.
1 ("Область войска Донского по переписи 1873 года". Сводная ведомость о числе ремесленников)
К 70-м годам XIX в. на Дону еще не вели точного учета рабочих, однако можно, хотя бы приблизительно, определить их число в горной промышленности. В 1875 г. в угольной промышленности было занято 9339, а на всех фабрично-заводских и ремесленных предприятиях - 6460 рабочих, итого - 157991.
1 (ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 43, д. 61, лл. 50, 56)
При этом следует учитывать, что рабочие Дона в середине 70-х годов в большинстве своем представляли собой или приходивших из центральнорусских губерний на Дон (на зимние работы) крестьян или ремесленников. Так, из 6460 фабрично-заводских рабочих на сулинском заводе Пастухова работало 580 чел., на механическом заводе Иловайского - 336, а остальные рабочие - на мелких и мельчайших салотопенных, маслобойных, рыбоспетных и других предприятиях.
Таким образом, даже если исходить из преувеличенных данных Г. А. Иноземцева, определившего число рабочих Дона накануне реформы в 5 - 6 тыс.1, то и тогда можно видеть, как сильно изменилось число рабочих в области к середине 70-х годов.
1 (Г. А. Иноземцев. У истоков рабочего движения на Дону. Ростиздат. 1956, стр. 11)
Не столь заметно, с 611,9 в 1860 г. до 767,2 тыс. чел. к середине 70-х годов, т. е. на 25,3%, выросло войсковое сословие1.
1 (ГАРО, ф. 353, оп. 1, д. 147, л. 9 (подсчет))
Особый интерес здесь представляет то обстоятельство, что увеличилось число донских дворян. Вместо 13205 в 1859 г. их насчитывалось уже 18679. Это произошло в результате увеличения числа личных дворян.
Важно отметить, что в 1875 г. впервые зафиксирована группа иногородних, постоянно проживавших в округах, - 88296 чел.1. Это были пришлые крестьяне, ремесленники и торговцы - новый (социальный элемент в среде населения, они явились носителями новых, капиталистических традиций.
1 (ГАРО, ф. 353, оп. 1, д. 147, л. 10)
Итак, в результате экономических сдвигов, происходивших на Дону и в стране, в области сильно менялся и социальный состав населения.
Картина сословных и классовых изменений, происшедших на Дону после реформы 1861 г., будет еще более яркой, если сопоставить данные с переписью населения 1873 и 1897 гг.
Здесь важно обратить внимание на то, что в 1888 г. к области войска Донского были присоединены Ростов и Таганрог с округами. Влияние на развитие всей области, проявлявшееся и ранее, теперь особенно усилилось.
В период между этими двумя переписями население Дона численно выросло с 1336779 до 2575176 чел.1, т. е. на 1238397. Но отсюда нужно исключить население Ростова и Таганрога с их округами (370797 и 61812 чел.). Следовательно, прирост населения в старовойсковых округах составил 815788 чел., или 61%. Если же взять территорию области в годы реформы и 1897 г., включая Ростов и Таганрог с их округами, то ее население увеличилось бы с 941427 чел. в 1861 г.2 до 2575176 в 1897 г., т. е. в 2,7 раза. Особенно быстро росло невойсковое население. Все это говорит о том, что перспектива для развития капитализма к концу XIX в. значительно улучшилась.
1 ("Статистические материалы переписи 1897 г.", Новочеркасск, 1905, стр. 602 - 607)
2 (ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 387, лл. 38 - 143 (подсчет произведен на основании донесений окружных сыскных начальств))
Распределение населения по округам, так же как промышленности и торговли, показывает, что капиталистический процесс был наиболее активен на Нижнем Дону. В Таганрогском округе невойсковое население составляло свыше 98%, в Ростовском - 95, в Черкасском - свыше 64, в Донецком и Сальском - 54%. В остальных округах, отдаленных от центров капиталистического развития, процент невойскового населения был значительно меньше: в 1-м Донском 33, в Усть-Медведицком 31, в Хоперском 29, во 2-м Донском 261. В казачьих станицах, где ранее существовал фактический запрет на проживание лиц невойскового сословия, - а если появлялись "мужики", то это были лишь немногочисленные ремесленники: шорники, кузнецы, батраки и т. и.2, - в 1897 г. невойсковое население составляло до 36%.
1 ("Статистические материалы переписи 1897 г", стр. 38 - 607 (подсчет))
2 (Там же)
Сословные изменения сопровождались другим процессом - раскрестьянивания - часть сельского населения порывала с хлебопашеством и скотоводством и уходила в промышленность, начинала заниматься ремеслом и торговлей.
Яркой иллюстрацией в этом отношении может служить станица Каменская Донецкого округа. В ней, согласно станичному отчету (без хуторов), проживало 11690 душ, в том числе казацкого населения - 3198, или 27,3%, и "обывателей, сторонних элементов", как. они назывались в отчете, - 8492 души, или 72,6%1. В целом по округу, отмечалось в отчете, "торговые обороты достигают суммы до 20 млн руб. (8 млн руб. в станице Каменской и 12 млн руб. в других поселениях), они производятся 1817-ю лицами, проживающими в округе и платящими гильдейские пошлины и 273 лицам из казачьего сословия". Из казаков станицы торговлей и промыслом занималось 589 чел.2.
1 (ГАРО, ф. 301, оп. 11, д. 178, л. 2)
2 (Там же, л. 3; оп. 17, д. 794, л. 444)
В Хоперском - "казачьем" округе в одной из крупнейших станиц, Михайловакой, из 243 домохозяев, "занимавшихся другими промыслами кроме сельского хозяйства", 105 чел. имели мельницы, маслобойни, кирпичные заводы, 8 чел. занимались садоводством, 35 - торговлей, 35 - рыболовством, 60 чел. - разными занятиями1. Примерно то же наблюдалось в станицах Старо-Григорьевской, Сиротинской 2-го Донского округа2 и в подавляющем большинстве станиц области.
1 (Там же, д. 178, лл. 862 - 864)
2 (Там же, лл. 551, 561)
Как свидетельствуют станичные и окружные отчеты за 1895 год1, общее число казаков, занимавшихся "другими промыслами, рыболовством и торговлей", составляло в Ростовском округе 58%, Таганрогском - 24,4, в Сальском - 0,7, во 2-м Донском - 2,3, в Усть-Медведицком - 2,3, в 1-м Донском - 2,7, в Донецком - 2,8, в Черкасском - 15, в Хоперском - 2,4%. Таким образом, наиболее сильно изменился социальный состав населения в нижнедонских округах: Ростовском, Таганрогском, Черкасском.
1 (Там же, оп. 17, д. 102, лл. 2 - 1149 (подсчет))
Эти данные подтверждаются также материалами комиссии генерала Маслаковца, относящимися к 1897 - 1898 гг.1. Почти 15% всех паевых казаков, отмечала комиссия, превратились в различного рода предпринимателей или занимались ремеслом. 525 из них (менее 1%) имели торгово-промышленные заведения, 20,3 тыс. (36%) занимались огородничеством и садоводством, 9,7 тыс. (14%) - рыболовством, 3,9 тыс. (7%) - ремеслом, 2,2 тыс. (4%) - извозом, 5,1 тыс. (9%) служили в различных административных и общественных учреждениях, 4,7 тыс. (8%) - в торгово-промышленных заведениях, 1,1 тыс. (2%) - в пароходствах и на железных дорогах и 7207 казаков (13%) относились к группе, занятия которой определялись так: "личный труд в качестве рабочих"2.
1 (ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 66, доклад генерала Маслаковца, стр. 55)
2 (Там же)
Процесс включения казаков в торгово-промышленную деятельность наиболее резко проявлялся в нижнедонских округах. Так, в 1-м Донском, Черкасском, Ростовском и Таганрогском округах проживало 79% казаков, занимавшихся на Дону огородничеством и садоводством, 90%, занимавшихся рыболовством, 66%, служивших в торгово-промышленных заведениях, 70%, работавших на пароходах и железных дорогах, 46% рабочих, 36% ремесленников из казаков1. В остальных же округах, отдаленных от городов и промышленных центров, этот процесс совершался значительно медленнее2.
1 (ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 66, доклад генерала Маслаковца, стр. 55)
2 (Там же)
Удрученная таким положением в низовьях Дона, т. е. там, где "домовитое" казачество являлось главной опорой Войска, комиссия Маслаковца записала, что "в южных округах, в которых менее развито хлебопашество, чем в северных, участие населения в побочных земледелию занятиях далеко превышает развитие такового в северных округах"1.
1 (Там же)
Наряду с сословными изменениями в эти же годы происходило имущественное и классовое расслоение казачества и крестьянства. По данным П. С. Балуева, к 1898 г. на Дону из числа домохозяев-казаков 38,66% считались состоятельными настолько, что не требовали какой-либо посторонней помощи для несения всех повинностей, 7,02% не имели никакого хозяйства, остальные представляли собой "средней зажиточности" домохозяев и могли нести повинности только с помощью станичного общества1.
1 (ГАРО, ф. 353, оп. 1. д. 496, л. 12)
Большую ценность имеют сведения П. С. Балуева о расслоении по округам области. Так, состоятельные казаки-домохозяева составляли в Донецком округе 56,61%, в Черкасском - 51,11, в Ростовском - 46,09, в Усть-Медведицком - 42,75, в 1-м Донском - 38,92, во 2-м Донском - 36,92, в Таганрогском - 31,24, в Сальском - 26,51, в Хоперском - 13,26%1. Казаков, совсем не имевших хозяйства, в Усть-Медведицком округе было 0,74%, в Хоперском - 3,26" в Донецком - 3,98, во 2-м Донском - 6,72, в 1-м Донском - 9,43, в Ростовском - 10,67, в Черкасском - 19,29, в Сальском - 29,36, в Таганрогском - 40,99%2.
1 (Там же, л. 14)
2 (Там же, л. 18)
Из этих данных можно видеть, что в округах, прилегавших к городам - центрам торговли и промышленности (Ростов, Александровск-Грушевский, станица Каменская, Сулин и частично Таганрог), выделение богатой верхушки среди казаков шло интенсивней, чем в других. Это объяснялось сравнительно большей активностью экономической жизни в них. В этих же округах был наиболее высок процент полностью разорившихся казаков, причина этого заключалась также в более глубоком развитии здесь капиталистического процесса, чем в отдаленных районах области.
В докладе генерала Маслаковца, опубликованном для всеобщего сведения в 1899 г., поварилось: "...в настоящее время в среднем по войску Донскому около 30% казачьего населения вовсе не занимается уже сельским хозяйством, причитающиеся на их долю земельные паи эксплуатируются водворившимися в станицах иногородними или же более состоятельными казаками-хозяевами"1. В докладе упоминалось и о расслоении казачества. Последнее, по мнению автора, делилось на зажиточных казаков (21,6%), средних (45%) и малоимущих (33,4%)2. Это определение имущественных групп казачества, конечно, не может нас удовлетворить полностью, поскольку казаки по сравнению с крестьянами находились в значительно лучших условиях: даже малоимущие казаки имели значительные возможности поправить свое положение (возможность аренды с помощью станичной кассы, ссуды от войсковой казны и т. п.). Именно поэтому донская казачья беднота, особенно разорявшиеся середняки, долго сохраняли надежду снова "выбиться в хозяева". Но все же эти данные могут быть приняты для принципиального подхода к вопросу, тем более что они подтверждаются многочисленными фактами из жизни буквально всех станиц области.
1 (ГАРО, ф. 301, оп. 17, д. 4, л. 22)
2 (Там же, л. 24; ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 66, доклад генерала Маслаковца, стр. 46, 47)
Возьмем для примера наиболее типичные, отдаленные от городов, но достаточно крупные станицы. В Вешенской (Донецкий округ), например, в 1895 г. пятую часть домохозяев составляли зажиточные казаки, располагавшие имуществом на сумму до 1000 руб., третью часть - среднесостоятельные с имуществом на сумму до 500 руб., более половины домохозяев имели имущества на сумму от 70 до 150 руб., являлись малосостоятельными. Остальные были бедняками - убогие хаты представляли все их имущество1. В Казанской (Усть-Медведицкий округ) половина хозяев были состоятельными (имущество до 3 тыс. руб.), четвертая часть - среднесостоятельными (имущества до 1500 руб.), восьмая часть - малосостоятельными (имущества до 100 руб.) и столько же несостоятельными2. В станице Качалинской (2-й Донской округ), как говорилось в станичном отчете, "четвертая часть граждан по необходимости обратила свой труд на извозную промышленность... 1/5 часть общества вовсе не занималась земледелием и по случаю бедности, в которую впали от причин от них независящих, добывают пропитание и содержание для семейств своих от поденных работ на здешней пристани, от различного мастерства, от сгонки судов и плотов по реке Дон, а некоторые отправляются для работ на сторону в г. Царицын и другие места"3. Такое же положение наблюдалось в станицах других округов4.
1 (ГАРО, ф. 301, оп. 17, д. 4, л. 22)
2 (Там же, л. 24)
3 (Там же, л. 11)
4 (Там же, лл. 28, 31)
Все это показывает, что имущественное расслоение казачества зашло уже далеко и безусловно определяло классовые интересы той или иной группы этого сословия, от былой "монолитности" которого мало что осталось.
Что же касается донского крестьянства, то имущественное расслоение среди него было, как и среди казаков, неодинаковым. При ограниченности архивных материалов по Дону невозможно составить полную картину расслоения среди крестьян. Однако, проанализировав довольно точные и многочисленные сведения Донского отделения Крестьянского поземельного банка, мы можем хотя бы приближенно решить этот вопрос (табл. 23).
Таблица 23. Имущественное расслоение крестьянства на Дону к концу XIX в.1
1 (ГАРО, ф. 232, оп. I, дд. 37, 45, 46, 49, 51, 118, 128, 129, 143, 169, 133, 173, 360, 362; оп. 3, дд. 12, 19 (подсчет), 202, 196, 188, 261, 267 (подсчет))
2 (ГАРО, ф. 232, оп. 1, дд. 49, 148; ф. 52, оп. 1, д. 244 (подсчет))
Примечание. Имущественные группы крестьянских хозяйств определялись с учетом количества всей земли, рабочего и другого скота, сельскохозяйственных орудий.
Данные этой таблицы свидетельствуют о том, что на Дону, где крестьянство имело возможность арендовать войсковые земли, процент разоренных и разоряющихся крестьян был несколько ниже, чем в целом по Европейской России1.
1 (В. И. Ленин. Соч., т. 3, стр. 117 - 135; т. 13, стр. 201)
Следует заметить, что процент бедноты в "казачьих" округах, где проживавшие среди казаков крестьяне особенно широко использовали аренду станичных земель, процент бедняцких хозяйств ниже, чем в "крестьянских" на 6,1, а процент зажиточных дворов больше на 6,8.
Для более конкретной характеристики имущественного расслоения крестьян следует привести еще ряд фактов. Так, например, в Купавской волости (Хоперский округ) из 409 домохозяев, по данным и нормам, установленным Присутствием, только 107, или 26%1, располагали имуществом сверх прожиточной нормы, их можно рассматривать как зажиточных хозяев. 22 чел., или 5%, имели имущество в пределах нормы; 172, или 42%, - ниже нормы; 108 чел., почти 26%, не имели ничего2. Следовательно, к группе бедняков в волости относилось не менее 26% домохозяев.
1 (ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 46, д. 11. л. 67 (подсчет))
2 (Там же, л. 68)
В селении Перфильевском1 (Усть-Медведицкий округ) из 29 домохозяев 4 (13%) имели необходимое для ведения крестьянского хозяйства имущество; у 4 (13%) было имущества сверх необходимого; у 12 (около 42%) было ниже нормы, но имелась рабочая лошадь или вол и 9 (около 32%) домохозяев ничего не имели.
1 (Там же, л. 31)
Таким образом, и здесь к группе бедноты можно отнести не менее 31% крестьянского населения. Присутствие записало в своем протоколе о пос. Перфильевском, что в нем "вообще... положение крестьян находится на среднем уровне сравнительно с экономическим положением других крестьян Усть-Медведицкого округа. И уровня этого они достигли за счет неуплаты выкупных сумм в течение 10 лет"1. Положение с крестьянским хозяйством в этом поселке было таково, что, по признанию Присутствия, "можно с положительностью сказать, что 75% всех крестьян не в состоянии будут внести 27 руб. с работника", чтобы погасить недоимку2. Недаром министр финансов 18.III 1881 г. рекомендовал при взыскании с крестьян области войска Донского недоимок не прибегать к "продаже их имущества и отдаче их в заработки..."3, что обычна применялось по отношению к недоимщикам. У большинства недоимщиков просто нечего было продавать. Возможно, что эта рекомендация была вызвана боязнью крестьянского волнения, особенно если иметь в виду, что восемнадцатью днями раньше был убит народовольцами Александр II.
1 (ЦГВИА, ф. 4, оп. 46, д. 11, л. 132)
2 (Там же, л. 131)
3 (Там же, л. 104)
Если уж в Перфильевском крестьянском обществе, признанном по состоянию "средним", сложилось такое положение, то каково, же оно было в тех крестьянских селениях, большинство которых было признано "нижесредним"?
Расслоение донского крестьянства можно проследить по посемейным спискам хозяев, покупавших землю через Крестьянский поземельный банк. Эти сведения наиболее точны, поскольку банк принимал их только после тщательной проверки специальной инспектурой. При этом необходимо учитывать, что в некоторых случаях крестьяне покупали землю целым обществом и иногда часть общества составляла так называемые товарищества для покупки земли. В первом случае в списках указывались крестьяне всех социальных групп, во втором - преимущественно зажиточные. Вот почему для анализа расслоения крестьянства необходимо пользоваться списками целых обществ. Такие списки имеются, по всем округам области. Но поскольку главная масса крестьян проживала в Миусском (Таганрогском) и Донецком округах, то им и нужно отдать предпочтение при исследовании вопроса. Большей достоверности можно достичь, если брать крупные и типичные крестьянские селения.
В 1897 г. в обществе крестьян сел. Благодарного Таганрогского округа, состоявшего из 260 домохозяев, с учетом наличия у них надельной, арендуемой, купленной земли, рабочего и гулевого скота, простых и сложных сельскохозяйственных орудий, к зажиточным следует отнести 21,5%, к середнякам - 32,3, к беднякам - 46,2%1. В сл. Большинской 2-го Донецкого округа (194 хозяина) соответственно - 15; 50,5; 34,5%2; в сельском обществе крестьян сл. Макеевки Донецкого округа, состоявшем большей частью из переселенцев (132 домохозяина), - 14,4; 30,3; 55,3%3, в селении Глафировка Ростовского округа (296 домохозяев) - 31,7; 50; 18,3%4 и т. д.
1 (ГАРО, ф. 232, оп. 1, д. 173, лл. 69 - 73 (подсчет))
2 (Там же, д. 129, лл. 10 - 27 (подсчет))
3 (ГАРО, ф. 232, оп. 1, д. 360, лл. 283, 285 (подсчет))
4 (Там же, д. 49, лл. 128 - 132 (подсчет))
Итак, имущественное расслоение крестьянства по крупнейшим и типичным сельским обществам можно определить следующим образом: число зажиточных хозяев составляло 14 - 31,7%, средних - 32 - 50, бедняков - 18 - 55%.
Примерно такие же соотношения между указанными социальными группами наблюдались в более мелких сельских обществах этих же и других округов. При этом следует указать на тот факт, что среди зажиточных были богатые крестьяне, а из середняков выделялась подгруппа крестьян, мало отличавшихся по своему имущественному положению от бедняков.
Так, в сл. Благодарное из 56 зажиточных было 16 богатых крестьян - 6% всего населения. Например, крестьянин М. С. Пушкарь, кроме одной десятины надельной, имел 500 десятин земли, купленной на собственные средства, 12 голов рабочего и 10 голов гулевого скота, 5 лошадей; помимо обычных сельскохозяйственных орудий, - 2 сеялки и 2 жнейки1. Его односельчанин А. И. Огненный сверх 3 десятин надельной имел 200 десятин земли, купленной на собственные средства. Еще Огненный арендовал 100 десятин. Ему принадлежало также 24 головы рабочего, 15 голов гулевого скота, 6 лошадей и 100 овец. Хозяйство это было обеспечено самыми разнообразными простыми и сложными сельскохозяйственными орудиями2.
1 (Там же, д. 173, л. 70)
2 (Там же, лл. 69 - 73 (подсчет))
На другом полюсе того же общества находилось 120 (46,2%) бедняков, каждый из них или совсем не имел земли, или имел одну десятину надела, в лучшем случае была одна голова рабочего скота1.
1 (Там же. л. 71)
Что касается группы крестьян-середняков того же общества, то здесь были крестьяне, приближавшиеся по своему экономическому состоянию к бедноте, а небольшая часть крестьян имела возможность и стремилась превратиться в зажиточных. Например, крестьянин К. Скупченко, имея всего лишь 3 десятины земли, держал головы рабочего скота, 3 коров, 8 овец и необходимый сельскохозяйственный инвентарь1.
1 (Там же, л. 72)
Ярко проявился процесс мобилизации земли, скота и сельскохозяйственных орудий у зажиточной части населения крупного сельского общества Таганрогского округа - Нижне-Крынского (336 домохозяев). Она составляла здесь 31,5% всего общества, но на ее долю приходилось: 45,3% надельной, 100% купчей и 82% арендованной земли, 89,4% волов, 61,2% лошадей, 81,1% веялок, 92,5% жнеек1. Так, крестьянин Ф. Пономарев имел кроме 7 десятин надельной 100 десятин купчей земли и еще 100 десятин арендовал. У него было 12 голов рабочего и 46 голов другого скота, помимо простых сельскохозяйственных орудий, - 2 веялки и одна жнейка. И таких крестьян в обществ