Часть II. Основные черты развития донской промышленности и транспорта

Глава 1. Общая характеристика формирования донской промышленности

Пореформенное развитие промышленности в России отличалось, как известно, очень быстрыми темпами. Ярким примером этого может служить, в частности, Дон.

Образование южного промышленного района было неразрывно связано с промышленным развитием России в целом, более того, оно в значительной степени явилось результатом развития общерусского капитализма. Вместе с этим южная промышленность отличалась определенными особенностями. В. И. Ленин, сравнивая уральский и южный промышленные районы, говорил: "Насколько Урал стар и господствующие на Урале порядки "освящены веками", настолько Юг молод и находится в периоде формирования. Чисто капиталистическая промышленность, выросшая здесь в последние десятилетия, не знает ни традиций, ни сословности, ни национальности, ни замкнутости определенного населения"¹.

¹ (В. И. Ленин. Соч., т. 3, стр. 427)

На Юге в отличие от Урала фабричная и горнозаводская промышленность, особенно крупная, росла почти без всяких помех. Здесь в основу производства лег труд вольнонаемных рабочих, а не крепостных и крупные капиталы центральнорусских и иностранных промышленников и купцов. Это отличие получило глубокую и всестороннюю характеристику в статистических подсчетах В. И. Ленина. Так, если в 1867 г. в горной промышленности на Юге было выплавлено всего лишь 0,3% чугуна, полученного в России, а на Урале - 65,1%, то в 1897 г. удельный вес этих промышленных районов в выплавке чугуна изменился. На долю Юга приходилось уже 40,4, а на долю Урала - только 35,8% общероссийской выплавки чугуна. Безнадежно отставал Урал от Юга и в добыче угля, во внедрении в производство паровых машин, в темпах роста числа горнорабочих¹. Ленинскую характеристику южной промышленности можно распространить и на донской район страны.

¹ (В. И. Ленин. Соч., т. 3, стр. 8 - 429)

Развитие донской, особенно крупной, промышленности в силу конкретных исторических условий отличалось рядом своеобразных черт.

Во-первых, промышленность на Дону оформилась значительно позднее, чем в центре России. Скованность войскового населения военными обязанностями и устарелыми войсковыми традициями мешала накоплению капиталов среди казачества. Местный, донской капитал был еще настолько незначительным, что не мог взять на себя строительство крупных и особенно крупнейших предприятий. Поэтому главную роль в создании крупной промышленности на Дону стал играть центральнорусакий и иностранный капитал.

Во-вторых, хотя угольная промышленность в области, как и во всей пореформенной России, развивалась бурными темпами, скоро она все же начала отставать от промышленности западной части Донбасса. Причины этого, по словам Е. И. Рагозина, заключались "главным образом в неотчуждаемости земель войска Донского и в затруднительных условиях аренды недр"¹. Следовательно, войсковая система и здесь являлась определенным тормозом.

¹ (Е. И. Рагозин. Железо и уголь на Юге России. СПб., 1895, стр. 72)

В-третьих, на протяжении всей второй половины XIX в. на Дону было четко выражено сосуществование крупной и мелкой промышленности. Если вплоть до XX в. крупные и крупнейшие предприятия на Дону можно было пересчитать по пальцам, то мелкие и мельчайшие, связанные главным образом с переработкой сельскохозяйственного сырья, насчитывались тысячами. Однако решающая роль в производстве принадлежала первым. И если, как уже упоминалось, крупные предприятия почти все были представлены центральнорусским и иностранным капиталом, то мелкие и мельчайшие 1производства принадлежали преимущественно местному населению.

В-четвертых, в ранние гады развития промышленности на Дону и вплоть до 80-х годов в составе донского пролетариата почти не было представителей казачества. Даже казаки-бедняки все еще цеплялись за прошлое, надеясь восстановить свое прежнее имущественное состояние. Поэтому вначале формирование пролетариата на Дону происходило главным образом за счет разорившихся крестьян Центральной России, направлявшихся на Дон в поисках заработка, частично за счет донского "иногороднего" крестьянства и приходивших на Дон из различных губерний страны рабочих.

В-пятых, до середины 90-х годов XIX в. на Дону было мало крупных металлообрабатывающих заводов и совершенно отсутствовали значительные предприятия химической, текстильной, обувной, деревообделочной промышленности, хотя для их развития имелись благоприятные условия.

В-шестых, крупная промышленность концентрировалась преимущественно по нижнему течению Дона, в то время как северные и западные районы области были лишены ее. Это обстоятельство не только экономически усиливало значение таких городов, как Ростов и Таганрог, но и способствовало превращению их в значительные центры революционного движения пролетариата. Отсталые же в промышленном отношении районы области могли стать при определенных условиях опорой реакции и контрреволюции.

Для развития промышленности на Дону имелось много благоприятных условий. К числу их можно отнести следующие:

1. Развитие производительных сил в пореформенный период в стране вообще и на Дону в частности.

2. Относительная слабость феодальных пережитков на Дону.

3. Связь с центром страны, колонизация Дона центральнорусским капиталом.

4. Наличие огромного резерва рабочей силы для донской промышленности в лице миллионов разоренных крестьян страны.

5. Залежи полезных ископаемых (антрацит, уголь, в том числе и коксующийся, железная руда, огнеупорная глина и т. п.), расположенные вблизи центров образующейся донской промышленности.

6. Выгодность территориального положения области: близость к центру и к западу страны, к Черному морю, как средству связи с зарубежными странами, удобные водные пути: Волга, Дон, Донец, Азовское море и др.

Однако донская промышленность в отличие от южнорусской в целом испытывала помехи, не учитывать которые нельзя. Главной помехой было войско Донское. Как организация средневекового типа оно безусловно тормозило развитие капитализма не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности, конечно, в той степени, насколько это было ему под силу. Оно находило в этом поддержку со стороны центрального правительства. Так, например, даже в 1898 г., когда в стране промышленное развитие приняло особо широкий размах, на Дон было прислано отношение начальника Главного управления иррегулярных войск, в котором он прямо писал: "Я не сторонник слишком спешного развития промышленности в казачьих владениях за счет особенно иностранных капиталов"¹. Конечно, нет нужды и преувеличивать тормозящую роль Войска в развитии промышленности, но те учитывать ее нельзя, иначе будут непонятны многие явления, связанные с промышленным развитием области.

¹ (ГАРО, ф. 301, оп. 17, д. 49, л. 115)

Промышленность Дона прошла в своем развитии те же основные стадии, которые отметил В. И. Ленин, говоря о промышленном развитии всей России, а именно: "мелкое товарное производство (мелкие, преимущественно крестьянские промыслы) - капиталистическая мануфактура - фабрика (крупная машинная индустрия)"¹ На Дону мелкое товарное производство и мануфактура получили довольно значительное распространение в угольной, табачной и в перерабатывающей продукцию сельского хозяйства промышленности, крупные же металлургические предприятия, как правило, возникали сразу, минуя мануфактурную стадию, на основе центральнорусского или иностранного капитала. Отличительной чертой развития донской промышленности в XIX в., как уже отмечалось, явилось то, что мелкое товарное производство и мануфактура (салотопенные, кожевенные, рыбоспетные и другие производства) возникли задолго до появления крупных индустриальных предприятий. Но они, как правило, не перерастали в фабрику и, продолжая увеличиваться количественно, существовали вплоть до XX в. наряду с возникшей крупной промышленностью.

¹ (В. И. Ленин. Соч., т. 3, стр. 475)

В каждой станице Дона можно было встретить десятки виноделов, мукомолов, кожевников и т. п., которые на дому занимались своим ремеслом, привлекая к работе членов семей и изредка одного-двух наемных рабочих. При этом они, как правило, не оставляли занятий сельским хозяйством.

Естественно, что с каждым десятилетием удельный вес мелкого товарного производства и капиталистической мануфактуры в общем промышленном производстве уменьшался, а сами они претерпевали значительные изменения. Появились предприятия уже с большим числом рабочих и крупной суммой производства. И тем не менее мелкие товарные производства и мануфактура долго существовали на Дону.

Объясняется это рядом обстоятельств. Во-первых, сказывалось относительное многоземелье части казачества, из которой могли бы выходить заводчики и фабриканты, что отвлекало его от промышленной деятельности. Эта часть казачества, прежде всего зажиточные казаки, в соответствии с традициями Войска рассматривала земледелие как свое основное доходное занятие тем более, что вложение денег в промысел давало эффект не сразу. Поэтому мелкотоварное производство и даже мануфактура в их руках не имела достаточных стимулов для перерастания в фабрику, конечно, за некоторыми исключениями. Во-вторых, Дон как колонизуемая область долго находился в положении только поставщика сельскохозяйственных продуктов и сырья для центра страны. Можно считать, что до 60-х годов XIX в. это обстоятельство задерживало возникновение на Дону крупных предприятий. В-третьих, сельскохозяйственное население Дона, даже зажиточное казачество, при полном отсутствии кредита не имело достаточных средств для постройки крупных предприятий. Четвертым обстоятельством являлось искусственное ограничение экономической деятельности и даже проживания на Дону предпринимателей невойсковой принадлежности. И, наконец, на Дону всегда чувствовался острый недостаток в рабочей силе. 1Приходившие из других губерний сюда рабочие привлекались прежде всего к работе в сельском хозяйстве.

В результате всего этого определилось относительно слабое развитие фабрично-заводской промышленности вообще и медленное перерастание мануфактуры в фабрику в частности.

В течение всего XIX в. на Дону в полном соответствии с аграрным характером области наибольшее распространение получила промышленность, перерабатывавшая продукты сельского хозяйства. Особенно ярко эта черта обрабатывающей промышленности проявилась на периферии области. Как явствует из статистического отчета по области за 1861 год, всего на Дону было 319 заведений, в их число входили: 7 винокуренных, 218 рыбоспетных, 7 салотопенных, 79 кирпичных и 8 кожевенных¹, не считая ветряных и водяных мельниц и кузниц. Все они были так незначительны, что в отчете не было ни слова ни о сумме их производства, ни о числе имевшихся на них рабочих.

¹ (ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 387, л. 206)

После реформы 1861 г. усилился рост промышленности на Дону. В 1875 г. в области было уже 261 предприятие, в их числе: чугунолитейных и механических - 3, стекольных - 1, винокуренных - 7, пивоваренных - 5, салотопенных - 14, маслобойных - 3, кирпичных - 83, ваточных - 1, мыловаренных - 4, рыбоспетных - 120, горшечных - 1, кожевенных - 18, спичечных - 1¹.

¹ (Там же, д. 1515, лл. 1 - 86 (подсчет))

Как видно из этих данных, за 15 лет, прошедших с 1861 г., на Дону не только возникло много предприятий, но появились даже новые отрасли производства: металлургия и механические производства, пивоваренные и маслобойные. Однако по-прежнему количественно преобладали мелкие предприятия. Из общего числа этих "заводов", как они именовались в отчетах, только 4 имели паровые машины и свыше 46 рабочих; 35 не располагали паровыми машинами, но имели свыше 16 рабочих; на 172 заведениях не было паровых машин, а число рабочих составляло менее 16 чел. (в том числе на 57 заведениях было 1 - 3 рабочих и на 42 было 1 - 2 рабочих, причем в последних вместе с рабочими (работал сам хозяин). По 50 предприятиям о рабочих и машинах в отчете не давалось никаких сведений, настолько они были мелки.

Следовательно, учитывая неустойчивость мелкой промышленности, можно сказать, что если в 1861 г. на Дону не было ни одного настоящего завода, то в 1875 г. их было уже 4 и 35 заведений были близки к превращению в заводы. Но остальные 222 предприятия еще не вышли из стадии мануфактуры.

Территориально промышленность в 1875 г. характеризовалась следующими данными;

а) Черкасский округ (близкий к Ростову) - всего 171 предприятие, в том числе крупные: металлургический завод Д. А. Пастухова (Сулин) - 577 рабочих, 13 паровых машин; механический завод Э. М. Зубова (станица Гниловская) - 170 рабочих, 7 паровых машин; стекольный завод Кондожаки (Аксай) - 273 рабочих, 4 газовые печи; кирпичный завод Краснянского (Новочеркасск). Остальные 167 - мелкие предприятия¹.

¹ (ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 1515, лл. 37 - 53 (подсчет))

б) Миусский округ - 17 предприятий, среди них один завод, сельскохозяйственных машин И. Г. Иловайского с 60 рабочими, остальные - мелкие¹.

¹ (Там же, лл. 25 - 28)

В других округах имелись только мелкие предприятия: в Донецком округе 14, в Хоперском 23, в 1-м Донском 5, во 2-м Донском 14, в Усть-Медведицком 17¹.

¹ (Там же, лл. 4 - 6; 8 - 12; 20 - 24; 14 - 48)

Таким обозом, только в одном Черкасском округе находилось свыше 65% всех предприятий, в том числе все настоящие заводы (за исключением завода Иловайского в Миусском округе). Что же касается промышленности, (расположенной на остальной территории области, то она была представлена мелкими заведениями домашнего характера и мануфактурой.

Кроме названных предприятий, в области имелись сотни ветряных, водяных и конных мельниц, число их резко колебалось год от года. Но даже в 1894 г., когда на Дону было уже 45 паровых и механических мельниц, в станицах все еще действовало 1406 ветряных, водяных и конных мельниц¹. Как правило, наемных рабочих на них не было, работал сам хозяин с семьей. Следует оказать, что это число минимальное: многие сотни их просто не учитывались, так как часто они существовали всего лишь 1 - 1,5 года во время урожаев, а затем закрывались.

¹ (Там же, ф. 353, оп. 1, д. 414, лл. 15 - 261 (подсчет))

В 1885 г. всего в области было 515 предприятий с общей суммой производства в 1834278 руб.¹, средняя сумма производства на каждое предприятие составляла 3561 руб. в год. Но 63 наиболее крупных предприятия с общей суммой производства в 1479734 руб., или 80,6%, находились в Черкасском округе, главным образом в Новочеркасске. Остальные 19,4% суммы производства, или 354544 руб., приходились на 452 "завода", разбросанных по другим округам, их средняя сумма производства была мизерной - 784 руб. Такие предприятия (с производством на сумму менее 1000 руб.) В. И. Ленин считал необходимым исключить из числа фабрик и заводов².

¹ ("Памятная книжка ОВД" за 1882 г., стр. 190)

² (В. И. Ленин. Соч., т. 3. стр. 405)

Естественно, что среди этих предприятий имелись и более крупные, но наличие таковых свидетельствует о мануфактурной стадии развития промышленности, располагавшейся на периферии области, - стадии, затянувшейся до 80-х годов XIX в. В подтверждение этому можно привести массу фактов. Наиболее типичные из них отражены в окружных отчетах за 1885 год.

Так, например, в Хоперском округе имелось всего 139 "заводов", из них кирпичных - 60, овчинных - 4, кожевенных - 16, гончарных - 6, свечевосковых - 1. На 33 предприятиях наемный труд не применялся, работал "сам хозяин с помощью сыновей или с помощью зятя"¹ На остальных предприятиях ""распоряжался сам хозяин с помощью 2 - 5 рабочих или с помощью лиц, привозящих материал"². Общее число рабочих на всех заводах составляло 181 чел., т. е. в среднем на завод приходилось 1 - 2 рабочих. Исключением являлся Урюпинский кирпичный завод, на котором работало 22 чел., так как работа была срочная: завод обслуживал строительство храма. В округе были предприятия, "представлявшие собой переходную форму от домашнего производства к "мануфактуре. Например, в станице Усть-Бузулукской на кожевенном "заводе" крестьянина Малавцева распоряжался "сам хозяин с помощью своего семейства и одного наемного рабочего и иногороднего"³. Ни на одном из этих "139 заводов не было зарегистрировано машин, хотя инструкция по представлению сведений и требовала этого.

¹ (ГАРО, ф. 353, оп. 1, д. 189, л. 28)

² (Там же, л. 29)

³ (Там же, л. 29 об.)

В Усть-Медведицком округе было всего 45 таких же "заводов"¹ и только одна паровая машина - на свечном "заводе" Бормотова в сл. Михайловке. Имелось еще 7 машин и жерновов с конным приводом на мельницах и маслобойнях, на остальных же предприятиях, как видно из отчета, машины отсутствовали². Рабочая сила распределялась следующим образом; на 9 "заводах" работало по 2 чел. (всего 18 чел.), на 8 работало до 5 чел. (всего 32чел.). на 7 - до 10 рабочих (всего 40).

¹ (Там же, л. 43)

² (Там же, л. 45)

На 4 "заводах" применялся смешанный труд: хозяин и наемный рабочий и на 17 работали сами хозяева.

На самом крупном "заводе" - салотопенном в хут. Михайловском Мигулинской станицы было 28 наемных рабочих и 2 мастера.

Сумма производства на этом предприятии была мизерной - в большинстве от 80 до 100 руб. в год, на отдельных - от 1 до 1,5 тыс. руб. и только одно предприятие - салотопенное давало продукции на 5128 руб. в год¹.

¹ (Там же, л. 50)

Исходя из указания В. И. Ленина считать признаком "фабрики" "наличность числа рабочих в заведении не менее 16"¹, можно в основных чертах определить место мануфактуры и мелкой товарной промышленности на Дону к 80-м годам. Пусть это будут не абсолютно верные цифры, но они, безусловно, отражают принципиальную сторону вопроса.

¹ (В. И. Ленин. Соч., т. 3, стр. 409)

Так, сведения о состоянии донской промышленности, собранные в 1885 г. департаментом торговли и мануфактур, показывают, что в восьми округах числилось всего 517 предприятий (включая города Новочеркасск, Александровск-Грушевский, а также мельницы Сальского округа)¹. Из них к заводам можно отнести лишь следующие предприятия: чугунолитейный И. В. Петрова в хут. Н.-Калач (2-й Донской округ) - 15 наемных рабочих и 3 паровые машины; кирпичный завод в станице Урюпинской, принадлежавший станичному обществу, - 22 рабочих; салотопенный завод купца Н. Козырева в Мальчевской волости Донецкого округа - 38 рабочих; салотопенный завод казака Юрьева в хут. Михайловском Усть-Медведицкого округа - 28 рабочих; чугунолитейный и механический завод И. Иловайского в селении Зуевке Миусского округа - один паровой котел и 30 рабочих; винокуренный завод ростовского купца Т. Вавилова в пос. Дубовском Миусского округа - два механических аппарата и 25 рабочих; салотопенный завод казака Шапошникова во 2-й Новочеркаоской станице Черкасского округа - 30 рабочих; кирпичный завод И. Теряева в станице Егорлыцкой Черкасского округа - 24 рабочих; чугуноплавильный и железоделательный завод Д. Пастухова в пос. Сулине, имевший современное оборудование, в том числе паровые машины общей мощностью в 1626 л. с., - 800 рабочих; завод по изготовлению стеклянной посуды Н. Петровского (московский купец) в станице Аксайской Черкасского округа - 67 мастеров и рабочих, среди которых было 40 иногородних и 20 чел. из казачьего сословия; пороховой завод В. Славницкого в Черкасском округе - 18 рабочих, в том числе 3 казака; табачная фабрика Н. Малаксионова в Новочеркасске - 30 рабочих; чугуно- и меднолитейный завод К. Герцберга в г. Новочеркасске, имевший одну паровую машину, один паровой котел, токарные станки, на нем работало по найму 22 чел.; кирпичный завод Сербиновой в Новочеркасске, среднее число рабочих на котором составляло 23 чел.

¹ (Эти данные по итогам близки к сведениям стат. отчета за 1885 г., где указано 515 заводов)

Таким образом, из 547 предприятий, занесенных официальной статистикой в число фабрик и заводов, только 14 удовлетворяли этому названию.

Важно подчеркнуть, что если мелкотоварные производства и предприятия мануфактурного типа имелись во всех округах (во 2-м Донском - 17, в Хоперском - 139, в Донецком - 70, в Усть-Медведицком - 45, в 1-м Донском - 72, в Миусском - 22, в Черкасском с городами Новочеркасском и Александровск-Грушевском - 137, в Сальском - 15), то действительные заводы имелись главным образом на Нижнем Дону - 10, из них 3 - в г. Новочеркасске, следовательно, отмечалась, хотя и в меньшей степени, та же тенденция, что и в 1875 г. Это говорит о большей активности капиталистического процесса именно здесь, вблизи морских - азовских и черноморских портов и городов Ростова и Таганрога.

Таким образом, вплоть до середины 80-х годов XIX. в. в промышленности на Дону количественно господствовало мелкое товарное и мануфактурное производство. Но возникавшие в городах и промышленных поселках крупные фабрики и заводы решительно оттесняли его. Именно на долю крупных предприятий приходились основная часть общей суммы производства и большинство рабочих.

Большой интерес представляет собой формирование угольной промышленности на Дону. В связи с тем, что с конца 50-х годов XIX в. со стороны развивавшейся промышленности и транспорта стал сильно возрастать спрос на уголь, на Дону резко повысился интерес к разработке угольных участков. По словам Н. Краснова, в 1858 г. для добычи антрацита и угля было вновь отведено 297 участков, кроме 57 шахт, имевшихся в 1857 г., а в 1859 г. дополнительно было выделено еще 158 участков¹. По другим данным, число выделенных участков было еще большим². Наступила настоящая "антрацитовая лихорадка". Надеясь на легкую наживу, в добычу антрацита включались рядовые казаки, войсковые чиновники, духовенство, помещики и потомственные дворяне. Несмотря на ограничения в правах на промышленную деятельность "на казачьем Дону" на антрацитовых рудниках появились "иногородние" - купцы, различные предприниматели, богатые крестьяне и т. п., отыскивающие различные обходные пути.

¹ ("Материалы для географии и статистики России", стр. 352)

² (ЦГВИА, ф. 4 л., оп. 27, Стат. отчеты по ОВД за 1858 и 1859 гг.)

Центром притяжения всех этих Новых углепромышленников стал Грушевский рудник, знаменитый своими богатейшими запасами прекрасного антрацита. Малоизвестная до сих пор Грушевка (в настоящее время г. Шахты) начала превращаться в один из крупнейших угольных районов нашей страны.

Как явствует из справки поземельной экспедиции от 9 декабря 1862 г.¹ и из ведомостей смотрителей угольных копей "за 1860 г. и за январскую и мартовскую трети 1862 г. добывание антрацита в 1860 и 1861 годах производилось только на одном Грушевском месторождении близ хутора Поповки, а в январской трети 1862 г., кроме этой местности, добывание антрацита было еще на месторождении Большого Несветая, причем на Грушевке добыто в 1860 г. 4003955 пудов, а в 1861 г. - 8021238 пудов"².

¹ (ГАРО, ф. 301, оп. 14, д. 229, л. 3)

² (Там же)

Известно, что в 1858 - 1859 гг. угольные участки отводились не только в Грушевке, но и в других районах Дона - в Миусском округе (хут. Власов) и близ р. Б. Несветай¹, хотя и в значительно меньших количествах. Однако там еще не была налажена добыча угля, и поэтому приведенная выше справка поземельной экспедиции дает основание считать Грушевку рудником-пионером донской угольной промышленности.

¹ ("Материалы для географии и статистики России", стр. 352)

В очень интересном документе "рапорте смотрителя Грушевских угольных копей" от 12 декабря 1862 г.¹ указывается даже число рабочих на Грушевских шахтах. "В 1860 г., - говорится в рапорте, - занимающихся выломкой угля было 1590 человек и разработкой шахт 587 человек" (всего 2177 человек), "в 1861 г. первых 1800 человек и последних 200 человек"² (всего 2000 человек). Таким образом, этот документ позволяет установить отправные данные для исследования вопроса о формировании рабочего класса в донской угольной промышленности.

¹ (ГАРО, ф. 301, оп. 14, д. 229, л. 2)

² (ГАРО, ф 301, оп. 14, д. 229, л. 2 об.)

Оценивая значение фабрично-заводской и угольной промышленности Дона в начальный период их развития, следует отдать предпочтение последней. Если фабрично-заводская промышленность вплоть до середины 90-х годов была представлена всего лишь несколькими крупными предприятиями, наряду с которыми в области работали сотни мануфактур и мелких товарных заведений по переработке продуктов сельского хозяйства, дававших, в общем, сравнительно незначительный производственный эффект, то в угольной промышленности процесс капиталистического развития, поглощение мелких предприятий крупными, образование новых крупных и крупнейших шахт происходили последовательно и быстро. Это обстоятельство, безусловно, свидетельствует о тех качественных изменениях, которые происходили в донской угольной промышленности. Наступала новая стадия - стадия становления крупной угольной промышленности.

Пореформенное развитие промышленности, железнодорожного и водного транспорта в стране привело к необходимости изменения вида топлива. Вместо дров, громоздких в перевозке и малоэффективных при топке, все шире стал применяться уголь. Особую популярность среди потребителей топлива завоевал донской антрацит. В более благоприятных исторических условиях он мог бы не только полностью вытеснить из России ввозимый из-за границы уголь, но и конкурировать с английским и немецким углем на внешних рынках.

В своей записке управляющему военным министерством главный управляющий имениями Балашовых М. Филиппенко, убеждая того в необходимости развертывать национальную металлургию, давал высокую оценку донскому антрациту и подчеркивал, что "из всех месторождений антрацита наилучшее - Грушевское"¹.

¹ (ЦГИАЛ, ф. "Балашовы", № 892, оп. 1, д. 1633, л. 5)

О прекрасных качествах грушевского антрацита неоднократно писал "Горный журнал", в котором выступали крупнейшие русские специалисты горнозаводского дела. В журнале отмечалось, что Грушевскому антрациту предстоит блестящее будущее и что опытами, проводившимися военным министерством, "установлено преимущество антрацита не только перед дровами, но и перед английским каменным углем - донского антрацита сгорело (во время опытов) на 25% менее английского при выделении того же количества тепла. Он плотнее английского и занимает меньше места"¹. По данным того же журнала, почти во всех городах Южной России потребность в антраците возрастала. В Николаеве, Севастополе, Керчи, Таганроге, Ростове, Новочеркасске и т. д. он составлял почти единственное топливо; там на антраците пекли хлеб, готовили пищу, согревали комнаты, ковали железо².

¹ ("Горный журнал", 1854, стр. 431 - 434)

² ("Горный журнал", 1864, стр. 434)

В отчете Управления торной и соляной частями войска Донского за 1865 год говорилось, что "добываемый в войске Донском каменный уголь употребляется частью для отопления зданий и разного рода устройств в крае и в соседних городах, частью для пароходства по реке Дон, в Азовском и Черном морях, около 500 тыс. пудов антрацита отправляется ежегодно на Волгу и, наконец, на Сыр-Дарью и в город Пермь для вновь устроенного сталепушечного завода"¹.

¹ (ГАРО, ф. 32, он. 2, д. 1257, л. 7)

Однако, как уже отмечалось, в 60-х годах Грушевский рудник находился еще в стадии организации, поэтому производство антрацита было неустойчивым. Наблюдалось сильное колебание цен на антрацит. Так, на месте добычи - в Грушевке он стоил от 6,5 до 9 коп. за пуд, в Миусском округе - 5 - 7 коп., а почти рядом с ними - в Новочеркасске - 9 - 11 коп.; в Ростове - 11 - 13, в Тага