История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Эльтигенский десант (И. Мельников)

Море бушевало. Двадцатикилометровая ширь Керченского пролива вздыбилась, волны с грохотом бились о берег. Так продолжалось уже несколько дней.

На вечер был назначен выход десантных отрядов. Густые сумерки, небо сплошь закрыто осенними хмурыми тучами. На крутом спуске к месту погрузки десанта было тесно, шумно, но чувствовалось, что большой и сложной операцией руководит чья-то опытная рука. Оружие, боеприпасы, продовольствие быстро грузились в подходившие к пристани катера и мотоботы. Занимали свои места десантники.

То там, то здесь в темноте появлялся офицер. Он четко отдавал распоряжения, иногда перебрасывался шуткой с офицерами и солдатами. Это был командир дивизии полковник Василий Федорович Гладков.

Наконец десант вышел в открытое море. Волны швыряли суда из стороны в сторону, катера с трудом тянули за собою плоты.

Шторм относил суда от намеченного курса, но они упорно пробивались вперед.

Уже недалеко от цели десант нащупали немецкие прожекторы. С мотоботов взлетели красные ракеты. Это означало требование дать заградительный огонь. На таманском берегу открыла огонь тяжелая артиллерия. В небо поднялись наши бомбардировщики. Они направились в сторону Керчи, чтобы подавить огневые точки врага.

Десанту приходилось трудно. Вцепившись руками в поручни, полковник Гладков с тревогой смотрел на мотоботы, которые все дальше уходили от флагманского корабля, увертывались от огня крупнокалиберных пулеметов немцев и неуклонно приближались к берегу.

К пяти часам утра штурмовые отряды на плоскодонных судах добрались до берега. Завязался бой на крымской земле. А флагманский корабль и суда глубокой осадки стояли в километре от берега. Сказалась ошибка в плане десанта: плоскодонные суда, на которые строился расчет, частью выбросило штормом на берег, другие повредило артиллерийским огнем. Высаживаться было не на чем.

Последовал приказ: кораблям глубокой осадки вернуться на Тамань.

Многое передумал на обратном пути полковник Гладков. Начав свою жизнь батраком у кулака под станицей Морозовской, он был потом рабочим на железной дороге, глиновозом на одном из заводов Ростова, но больше всего - солдатом. Начинал армейскую службу при царе, стал крупным военачальником при Советской власти. Большое доверие! А операция не удалась. Было о чем подумать...

Полковника снедало беспокойство об оставшихся на крымской земле десантниках. Едва корабли подошли к родному берегу, он предложил командующему свой план: ему - командиру дивизии и некоторым другим офицерам надо непременно добраться до места высадки десанта, руководить боем.

Командующий согласился.

Днем к крымскому берегу отправился мотобот. Это было, конечно, опасно - плыть на виду у немецких батарей. Но иначе нельзя, решил Гладков.

Заметив судно, противник открыл огонь. Вокруг бота рвались, вздымая фонтаны воды, снаряды.

Обнаружилось новое препятствие: мель. Гладков скомандовал:

- За борт!

... Небольшое село Эльтиген цепочкой приткнулось к морскому берегу. Его-то и захватили десантники. Отбивая атаки врага, они превратили село в неприступную крепость. Немецкая пехота, усиленная танками и самоходными орудиями, день за днем атаковала десантников, но сбросить их не могла.

Немцы блокировали десант с моря. Все чаще командиру дивизии докладывали: не хватает боеприпасов, продовольствия, медикаментов. Росли потери. Но десантники держались.

Душой десанта был командир дивизии. Его твердость сочеталась с отцовской заботой о сохранении людей, о раненых. Тем, кто оставался в строю, он приказывал глубже зарыться в землю: матушка-земля - надежная защитница.

В ночь на 18 ноября 1943 года штабная рация приняла Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении личного состава десанта на Эльтиген. Тридцати четырем солдатам и офицерам, в том числе и полковнику Василию Федоровичу Гладкову, было присвоено звание Героя Советского Союза.

Утром полковник в окопах и траншеях поздравлял с высокими правительственными наградами майора Ковешникова, капитана Мирошника, старшего лейтенанта Тулинова и многих других.

И. Мельников

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска