Бомбардирование Таганрога англо-французским флотом в 1855 году

Бомбардированiе Таганрога англо-французскимъ флотомъ въ 1855 году.

Наполеонъ III путемъ насилiя ниспровергъ во Францiи республиканскiй образъ правленiя и объявилъ себя императоромъ. Такой образъ действiй не только создалъ изъ лучшихъ людей Францiи враждебную партiю, которая насчитывала среди своихъ сочленовъ такихъ людей, какъ В. Гюго, Ж. Симонъ и многiе подобные имъ, но и среди иностранныхъ государей мнoгie на это узурпаторство смотрели недоброжелательно. Императоръ Николай I долгое время не хотелъ признавать новое французское правительство, а когда остался изолированнымъ вследствiе отступничества отъ общихъ плановъ Австрiи и Пруссiи и, уступая обстоятельствамъ, призналъ Наполеона III императоромъ, то все таки не назвалъ его «своимъ братомъ», какъ принято было. Это, конечно, не могло не бросить тень на политическiя отношенiя Pocciи и Францiи и темъ более, что политика Наполеона нуждалась въ крупномъ конфликте въ Европе, изъ котораго новый императоръ вышелъ бы героемъ. Нелюбимый лучшими людьми во Францiи и не возбуждавшiй доверiя въ Европе, Наполеонъ долженъ былъ искать популярности, долженъ былъ вызвать новые интересы во Францiи и заставить забыть свое вступленiе на престолъ. Для этого самымъ лучшимъ средствомъ было создать изъ себя европейскаго героя. Россiю въ это время считали несокрушимымъ колоссомъ; режима же священнаго союза, во главе котораго стоялъ Николай I, не любили, но, трепеща предъ громадою Pocciи, не решались вызывать ее на борьбу, упуская изъ виду, что страна не культурная не можетъ быть могущественною, какъ это и оказалось вскоре. Разумеется, Наполеонъ III не былъ настолько проницательнымъ, чтобы знать настоящую слабость Россiи; ему нужно было создать себе культъ, другаго выхода не было, и вотъ онъ одинъ решается поднять мечъ противъ несокрушимаго колосса. Создавъ предварительно союзъ изъ Англiи,, Турцiи, Италiи и даже Австрiи, онъ затронулъ самое чувствительное место русской политики, именно, дела на Востоке. Императоръ Николай I, создавъ независимость Грецiи и протекторатъ надъ Балканскими славянами, всегда охранялъ интересы православнаго населенiя на Востоке и даже оказывалъ услуги Турцiи во время египетскаго возстанiя, чтобы темъ более иметь влiянiе на турецкое правительство. Французские дипломаты съ помощью англiйскихъ ловко повели интригу противъ русскаго влiянiя въ Константинополе, следствiемъ которой былъ рядъ оскорбительныхъ для Россiи меръ въ Iерусалиме, где среди христiанскихъ государствъ до того первенство принадлежало ей. Кроме того турецкiя власти, не стесняясь посылали оружiе на Кавказъ горцамъ, которые сражались съ русскими войсками; одинъ изъ такихъ транспортовъ съ оружiемъ былъ захваченъ русскими и конфискованъ. Это вызвало целую бурю среди политической прессы Европы, крайне враждебной Россiи и до этого клеветавшей на Россiю. Такъ началась известная въ исторiи подъ именемъ «первой восточной» война, въ которой пришлось и Таганрогу быть скромнымъ участникомъ. Къ счастью мы освобождены отъ обязанности воспроизводить въ памяти читателя тяжелыя, мрачныя и даже, не смотря на геройство русскаго народа, постыдные симптомы войны, которые Россiя испытывала вследствiе своей некультурности въ интеллектуальномъ, а, следовательно, и нравственномъ смысле. Утешимъ себя темъ, что бедствiя этой войны были исходнымъ пунктомъ просветительной деятельности Александра II и перейдемъ къ нашему повествованiю.

На время Крымской войны Высочайшимъ повеленiемъ 15 февраля 1854 года главнымъ начальникомъ въ екатеринославской губернiи и таганрогскомъ градоначальстве былъ назначенъ съ правами командира корпуса наказный атаманъ Хомутовъ, а градоначальство было объявлено на военномъ положенiи и подчинено ему-же. Въ виду этого вместо градоначальника графа Адлерберга въ Таганроге былъ назначенъ военный губернаторъ генералъ-маiоръ Георгiй Петровичъ Толстой 2-й, который и вступилъ въ отправленiе своихъ обязанностей 16 марта 1854 г. Принимая меры для обороны вверенныхъ областей, атаманъ Хомутовъ прибегнулъ къ следующимъ мерамъ: 1)затопленiе Керченскаго пролива для прегражденiя входа непрiятеля въ Азовское море, и для сего предположено было затопить каботажныя суда большего размера, для осмотра и покупки которыхъ въ азовскихъ портахъ была назначена Керченскимъ градоначальникомъ княземъ Гагаринымъ коммиссiя. Въ Таганроге также была для таковой цели назначена коммиссiя, которой атаманомъ поручено было озаботиться сборомъ добровольныхъ пожертвованiй для покупки судовъ. Почему произведена была подписка въ Таганроге, Ростове, Нахичевани и Марiуполе. Подписка дала следующiе результаты. Нахичевань доставилъ 10.000 руб., Таганрогъ 8.527 руб., Марiуполь 2.200руб., иностранцы марiупольскiе отдельно 7.300 руб. и Ростовъ 2.050 руб., деньги были представлены атаману Хомутову, за что жертвователи получили Высочайшую благодарность; 2) въ начале марта были назначены два оборонительныхъ отряда; — первый для всей линiи отъ впаденiя Дона до томанскаго округа; онъ вверенъ походному атаману генералъ-маiору Краснову 1-му; подъ командою его должно было находиться четыре донскихъ полка и три конно-артиллерiйскихъ батареи, а второй для линiи отъ устьевъ Дона до Таврической губернiи, который поручался походному атаману генералъ-маiору Kpacнову 2-му; въ веденiи его состояли три донскихъ полка и одна конно-артиллерiйская батарея, азовское казачье войско, все черноморiе и инвалидныя команды, а также таможенная и карантинная стражи. Такимъ образомъ защита Таганрога лежала на обязанности генерала Краснова 2-го, каковой и прибылъ сюда 9 марта 1854 г., а 29 апреля прибылъ и первый полкъ для охраны Таганрога съ полковникомъ Шумковымъ во главе. По береговой линiи были сделаны сторожевые посты, которымъ была дана особая инструкцiя, по которой они должны были поднимать днемъ особые сигнальные знаки, а ночью жечь въ бочкахъ солому, въ различномъ количестве,—то и другое для того, чтобы обозначить, спокойно ли на посту, делаетъ ли высадку непрiятель и т. п. Между темъ трудныя военныя событiя въ Крыму потребовали усиленiя и три казачьихъ полка, охранявшихъ береговую линiю между Таганрогомъ и Бердянскомъ, отправлены были въ Крымъ, а ихъ заменили объездчики изъ местныхъ обывателей, вместе съ темъ и охрана всей азовской линiи поручена генералу Краснову 1-му; средства же къ обороне въ самомъ Таганроге были следующiя: 1) караульная команда, состоявшая изъ 12 унтеръ офицеровъ и 230 рядовыхъ, съ боевою амуницiей, ружьями и 35 патронами на каждаго, подъ командою подпоручика Родiонова. 2) Конно-этапная команда, состоявшая изъ двухъ унтеръ-офицеровъ, одного барабанщика и рядовыхъ: пешихъ 10 ти, конныхъ 5 и служителей 3-хъ въ полномъ вооруженiи и пяти лошадей; подъ командою прапорщика Демешкова. 3) Жандармская команда, состоявшая изъ 2 унтеръ-офицеровъ, 12 рядовыхъ и нестроевыхъ: — писаря, коновала и кузнеца и 9 лошадей; подъ командою барона Клейста. 4) Команда донскаго казачьяго учебнаго полка, содержащая караулъ при дворце, состоявшая изъ 28 нижнихъ чиновъ и 28 строевыхъ лошадей, подъ командою хорунжаго Ульянова. 5) Госпитальная команда таганрогскаго военнаго госпиталя состояла изъ 6 унтеръ-офицеровъ и 98 рядовыхъ не вооруженныхъ. 6) Команда таганрогскаго коммиссiонерства черно-морскаго ведомства, состоявшая изъ 4 унтеръ-офицеровъ и 45 нижнихъ чиновъ, подъ начальствомъ коммиссiонера подполковника Вердемана. 7) Береговой надзоръ, состоявшiй изъ 8 унтеръ-офицеровъ и 46 рядовыхъ, вооруженныхъ, при 11 лошадяхъ, подъ командою поручика Хрущева. 8) Таможенные досмотрщики числомъ 87 человекъ.

Правительственный флотъ состоялъ:

1) Изъ брантвахтной шкуны «Унылая» подъ командою капитанъ-лейтенанта Иванова 2-го съ командою въ 2 унтеръ-офицера при 23 рядовыхъ, съ однимъ кондукторомъ морской артиллерiи, писаремъ, фельдшеромъ; при ней 8 орудiй по 100 выстреловъ на каждое.

2) Две баржи подъ начальствомъ подполковника Вердемана съ командою изъ одного унтеръ-офицера и шести рядовыхъ.

3) Три таможенныхъ катера; изъ нихъ одинъ 12, другой 10 и третiй 4 весельный.

Следовательно, всего сухопутнаго войска въ Таганроге было 596 человекъ, морскаго 35, а офицеровъ 7.

Въ военномъ складе въ Таганроге находилось: муки 5789 четвертей, крупъ 550, пороху до 15 пудовъ.

Такъ какъ съ началомъ войны вывозъ хлеба изъ Россiи былъ остановленъ, то въ Таганроге скопился значительный запасъ хлеба, принадлежащiй частнымъ лицамъ, именно: пшеницы 341.682 четверти, ржи 4.800 четв. Кроме того другихъ сырыхъ продуктовъ: сала говяжьяго 10.620 п. 26 фун., бараньяго 13.428 пуд. 15 фун.; масла коровьяго 1.060 п., икры паюсной 900 пуд.; къ 1855 году количество этихъ предметовъ въ городскихъ хранилищахъ убавилось. Къ 18 мая 1855 г. было: пшеницы 196.036 чет., ячменя 3.550 чет. муки крупичатой 250 мешковъ; обыкновенной муки 16.665 пудовъ; ржи 205 четв., гороху 40 четв., сухарей пшеничныхъ 1.500 пуд. сурепы 80 четв., льна 35 четвертей.

Въ подкрепленiе таганрогской охраны въ Таганрогъ были направлены три дружины тамбовскаго ополченiя. Тяжелыя условiя войны вызвали повсеместно въ Россiи патрiотическiя движенiя, которыя проявлялись въ пожертвованiяхъ деньгами, мукой, сухарями, перевязочными средствами для раненыхъ и составленiемъ добровольныхъ ополченiй. Ополченцы эти принесли мало пользы, потому что не имели хорошего оружiя и совершенно не были знакомы съ военной службой. Въ Таганроге остановились: №180 Моршанская дружина, №184 Спасская и №188 Борисоглебская. Предварительныя меры были завершены устройствомъ батареи въ восемь донскихъ шести-фунтовыхъ орудiй.

Въ средине мая были получены первыя тревожныя известiя. Атаманъ оповещалъ таганрогскаго военнаго губернатора о томъ, что близъ Тамани на разсвете 12 мая непрiятельскiй флотъ въ составе 80 судовъ, разнаго размера, появился въ море на высотахъ Такельскаго маяка и около 12 часовъ дня взялъ направленiе въ Керченскiй проливъ, приближаясь къ Павловской батарее; что часть флота съ дессантомъ вошла въ Камышъ бурунскую бухту; что въ два часа по полудни Павловская и Акбурунская батарея замолчали, и непрiятельскiя кононерскiя лодки съ пловучими батареями прошли Керченскiй проливъ и заняли рейдъ, а въ четыре часа находились противъ Еникале.

Эти известiя вызвали тревогу въ Таганроге, где разсчитывали на Керченскiя твердыни, совершенно неожидали опасности, а также следующiя распоряженiя атамана: находящiяся въ Таганрогскомъ порте каботажныя суда, суда азовской флотилiи—пароходъ «Таганрогъ», канонирскiя лодки и баркасы отослать въ реку Донъ; воспитанницъ керченскаго института, привезенныхъ въ Таганрогь, отправить въ Новочеркасскъ, книги, дела и суммы присутственныхъ местъ отвезти въ Славяносербскъ, арестантовъ тюремнаго замка въ Бахмутъ, а арестантскую полуроту выслать въ Екатеринославъ. Въ Таганроге для ускореннаго сношенiя съ Новочеркасскомъ была учреждена изъ трехъ казаковъ летучая почта. Граждане же составили добровольную милицiю для защиты города. Для жителей Таганрога, можетъ, не безъинтересны фамилiи этихъ защитниковъ города. Начальникомъ охотниковъ таганрогскимъ обществомъ былъ избранъ отставной капитанъ перваго ранга Зигури; офицерами назначены коллежскiе регистраторы: Андрей Дмитрiевичъ Новицкiй и Поповъ; фельдфебелемъ Николай Ладыгинъ; унтеръ-офицеры: Герасимъ Николаевъ, Николай Камбуровъ, Федоръ Огурцовъ, Никифоръ Гусевъ, Ив. Лазаревъ, Дм Низиньковскiй, Пав. Анохинъ, Мих. Хандринъ, Конст. Райка, Дiон. Ликардопуло, Ив. Дорошенко, Никол. Борисовъ, Ив. Грушневъ, Ив. Акименко, Дм. Лазаревъ, Фоти Сорокинъ, Конс. Красса, Юлiанъ Майеръ, Лавр. Новиковъ, Ив. Бережной, Еванг. Травло, Вас. Лазаревъ, Георг. Дмитрiевъ. Въ добровольную милицiю вошли милицiонеры: Ив. Мищенко, Игн. Сигида, Ник. Бондаренко, Григ. Сиверинъ, Ив. Калашниковъ, Конст. Анохинъ, Фед. Матвейчукъ, Фома Жеребцовъ, Мих. Долгополовъ, Гавр. Гончаровъ, Алексей Бутковъ, Тимоф. Гусевъ, Семенъ Луповка, Петръ Ягодинъ, Яковъ Охременко, Петръ Михайловъ, Ник. Светлицкiй, Петръ Косенко, Григ. Триполитовъ, Конст. Лукинъ, Николай Холодовъ, Кпр. Мураенко, Ив. Коваленко, Васил. Романченко, Алексей Губановъ, Федоръ Ефремовъ, Ив. Ивановъ, Ив. Назаровъ, Ив. Гонтаревъ, Ив. Решетниковъ, Ив. Фукинъ, Дмит. Михайловъ, Ив. Голубовъ, Василiй Поповъ, Никол. Кудринъ, Ив. Дорошенко, Григ. Радинъ, Ив. Пашковскiй, Сергей Погатовъ, Петръ Северинъ, Мих. Вешниковъ, Мих. Тетеринъ, Васил. Низиньковскiй, Сем. Коноваловъ, Ив. Писанскiй, Ив. Кудринъ, Николай Геращенко, Фил. Сигида, Макс. Рихтеръ, Ив. Малаксiановъ, Егоръ Кабалюра, Яковъ Горгураки, Вас. Вульфъ.. Демьянъ Кузьменко, Николай Юрьевъ, Ив. Аладкинъ, Никиф. Бородинъ, Ив. Мустафинъ, Iос. Пашковскiй, Федоръ Васильевъ, Василiй Татаринъ, Сем. Емельяненко, Григ. Река, Григорiй Трапезоновъ, Федоръ Рагонинъ, Петръ Стариковъ, Ив. Исланцевъ, Василiй Орловъ, Акимъ Нирковъ, Сидоръ Фисенко, Игн. Брусенко, Спир. Дмитрiевъ, Ив. Гайдукъ, Дмит. Бреевъ, Миронъ Михайловъ, Петръ Беликъ, Сильверстъ Мищенко, Трофимъ Гречушный, Евстафiй Савицкiй, Денисъ Совътовъ, Корней Гарагуля, Вас. Ходыревскiй, Троф. Нефодъ, Ден. Московченко, Федоръ Клименко, Ив. Молчановъ, Емельянъ Криворучка, Леонтiй Ляльковъ, Павелъ Лукьяновъ, Анд. Гричина, Iос. Калашниковъ, Петръ Расторгуевъ, Степанъ Петренко, Петръ Мигакулинъ, Спиридонъ Плаяно, Егоръ Лукинъ, Ив. Хилiоти, Емел. Малюта, Михаилъ Катиневъ, Сем. Колодубъ, Дмит. Сорокинъ, Матвей Колесниковъ, Андрей Бакай, Анд. Боженко, Петръ Щербань, Петръ Рай Грубертъ, Яковъ Ревель, Ефимъ Суховъ, Василiй Старковъ, Николай Лебедевъ, Пав. Подлубный, Платонъ Тарасевичъ, Геор. Леоновъ. Греки: Илья Монологлу, Трандофило Пасори, Дмит. Мелети, Афанасiй Аргировъ, Николай Афанасьевъ Папандопуло Христо Петалозъ, Эпаминондъ Метакса, Павелъ-Савва Сантурино, Панаги Магула, Ламбро Скiадопуло, Алексей Картiоти, Василiй Хрисофосъ, Стемьяносъ Скопелити, Пантелей Протопопа, Маноли Сарисъ, Семенъ Папа-Христодуло, Янн Декористосъ, Деонисiй Трагоносъ, Росето Стала, Матвей Николау, Георгiй Коновасъ, Христо Карiапули, Яни Крипосъ, Афанасiй Калавура, Яни-Стерiо Аравiоти, Димо Макрояни, Николай Кiосъ, Деонисiй Антипанiя, Николай Метакса, Константинъ Звороно, Афан. Бабасисъ, Антонiй Вальяно, Георгiй Вальяно, Савва Дмитрiо-Черовати, Дмит. Стамотопуло, Мари Лани, Iоаннъ Токрани, Дмитрiй Антипа, Антон. Антипа, Конст. Янати, Иванъ Дедо, Илья Цака, Левтерiй Барабашъ, Алекса Саленiоти, Георгiй Якова, Моноли Iонесъ, Николай Дмитрiосъ.

Въ виду полного отсутствiя сколько нибудь серьезной военной силы въ Таганроге и во всей прилегающей маcтности существенно важно было воспрепятствовать непрiятелю проникнуть въ Донъ, где онъ могъ на свободе хозяйничать; для этого донскiя гирла были укреплены следующимъ образомъ: судоходный гирла Дона были запружены баркасами, а въ некоторыхъ местахъ якорями. Главные проходы въ Донъ охранялись двумя канонерскими лодками и 16 баркасами съ 22 орудиями морской артиллерiи. Флотилiя эта называлась «Азовскою гребною» и находилась подъ начальствомъ капитана 2-го ранга Певцова; она была расположена при селенiи Рогожки и поставлена въ боевой порядокъ. Войско при флотилiи состояло изъ 4 штабъ-офицеровъ, 13 оберъ-офицеровъ и 678 нижнихъ чиновъ. Кроме того для той же цели подъ командою подполковника Донцова былъ поставленъ пешiй отрядъ стрелковъ изъ 850 человекъ, который, разделясь на команды, занималъ три важнейшiя гирла: Переволоченное, Каланчу, и Донское или Мереновое; къ этому отряду принадлежало более 300 человекъ, находящихся на 40 каюкахъ или неводникахъ. У Гниловской станицы были затоплены якоря, а повыше ея на 600 саженъ стояли во всю ширину Дона шесть канонерскихъ лодокъ азовской флотилiи съ 12 орудiями; въ самой-же станице были поставлены две батареи одна въ семь, другая въ шесть орудiй, а на противоположной стороне Дона еще батарея въ четыре орудiя. Командовалъ этими батареями подполковникъ Кутневичъ. Донскiе казачьи полки 73-й подполковника Кирсанова и 79 подполковника Ребрикова съ 8-ю орудiями полевой артиллерiи расположены были въ Синявке и около нея и находились подъ командою генералъ-маiора Богаевскаго. На все сооруженiя для прикрытiя Дона жители Ростова пожертвовали 3733 руб. 43 коп. и Нахичевани 4024 руб. 48 коп.

19 мая 1855 года въ шесть часовъ вечера показались первые девять непрiятельскихъ пароходовъ и одинъ трамбакъ. Ихъ появленiе моментально стало известно темъ более, что казенныя суда, брант-вахтная шхуна «Унылая» и лоцъ—шхуна «Секстантъ» были затоплены въ ковше, а транспортъ «Акерманъ» сожженъ.

Многiе жители Таганрога покинули городъ еще до появленiя неприятеля, а только после тревожныхъ слуховъ, также точно какъ жители Ростова и Нахичевани. Многiе торговые люди, наглухо забывъ свои торговыя заведенiя уезжали въ Бахмутъ и др. города изъ Таганрога сначала уезжали въ окрестности, где располагались бивуачною жизнью, а потомъ большею частью расположились въ Николаевке, Троицкой и Покровской. Паника сначала была такъ велика, что на улице и при выезде изъ города отряды казаковъ должны были среди подводъ устанавливать порядокъ.

Въ виду очевидной опасности для города генералъ Красновъ, которому атаманъ советовалъ во всемъ действовать согласно съ графомъ Толстымъ, какъ боевымъ генераломъ, служившимъ въ турецкую войну 20-хъ годовъ, пригласилъ для совещанiя всехъ начальствующихъ лицъ, Бомбардировки въ Таганроге и теперь не ожидали въ виду того, что прошлогодняя бомбардировка Одессы, торговаго и почти беззащитнаго города вызвала неудовольствiе въ Европе; Таганрогъ былъ гораздо более беззащитенъ. Во всякомъ случае решено было бороться и если ужъ невозможно, будетъ удержать Таганрогъ, то уйти на пушечный выстрелъ и, занявъ удобныя места, не пускать далее непрiятеля и оградить сельское населенiе отъ грабежа. Говорили тогда, что среди некоторых, гражданъ Таганрога циркулировала мысль о сдаче города, чтобы такимъ образомъ предотвратить разоренiе города; отвергать это обстоятельство нетъ основанiй въ виду многочисленнаго и разнообразнаго иностраннаго элемента въ населенiи города и многихъ турецко-подданныхъ грековъ, но во всякомъ случае, уже та робость, съ какою эта мысль высказывалась въ интимныхъ беседахъ, показываетъ, что общее настроенiе было совершенно иное.

Между темъ непрiятельскiе пароходы стояли на рейде до 22 мая. Въ этотъ день, въ 6 часовъ утра, двинулись на Таганрогъ; четыре парохода шли отдельно, ведя за собою 50 канонерскихъ лодокъ и гребныя суда. Остановившись отъ города не более какъ въ разстоянiи версты, непрiятельскiй флотъ выпустилъ небольшую лодку подъ белымъ парламентерскимъ флагомъ. Парламентеръ причалилъ къ Воронцовской пристани, куда прибыли чиновникъ баронъ Франкъ и Щербина, корреспонденцию котораго мы здесь подлинно и приводимъ изъ «Московскихъ Ведомостей» № 74,—21 iюня 1855 года.

«Въ воскресенье, въ 8 часу, я едва проснулся, какъ прискакалъ казакъ и объявилъ мне, что непрiятельская эскадра подходитъ къ гавани. Одевшись на скоро я зашелъ за барономъ Франкомъ и отправился съ нимъ въ гавань. Мы къ ней подъехали и застали уже на берегу какихъ то четырехъ господъ и матроса, державшаго белый флагъ. Когда мы выходили изъ экипажа, две изъ нихъ, сделавъ шага два къ намъ , навстречу, остановились, мы подошли къ нимъ и раскланялись очень вежливо. Не успелъ я еще сказать, кто мы, какъ англичанинъ обратился ко мие съ вопросомъ: «Do you speek English?» Я ответилъ, что понимаю, но не говорю. Тогда онъ началъ со мною говорить по французски, совершенно чисто и правильно. Постараюсь вамъ описать, хоть несколько, его физiономiю и наружность; ростомъ онъ довольно высокъ; лицо продолговатое и красное, въ особенности носъ, такъ что я невольно подумалъ, не хватилъ ли онъ предъ этимъ бутылку джину; глаза серые, бакенбарды рыжiе и довольно густые; сложенъ хорошо и крепко; одетъ онъ былъ въ какой то оливковаго цвета фракъ съ золотымъ галуномъ на воротнике и съ золотыми же пуговицами въ два ряда, съ англiйскимъ гербомъ; воротники лезли ему въ ротъ; на голове шляпа круглая съ черною кокардою на тулье, въ роде техъ, какiя у насъ носятъ лакеи. Французъ былъ небольшаго роста, одетъ въ синiй мундиръ; на одномъ плече у него былъ штабъ-офицерсскiй, а на другомъ оберъ- офицерскiй эполетъ, на груди развешены аксельбанты; на голове белая фуражка. Физiономiю его я не могъ хорошенько разсмотреть, потому что во все время переговоровъ онъ держалъ голову наклонно и смотрелъ въ землю. Остальные же двое въ статскомъ платье стояли въ отдалены. После перваго вопроса англичанинъ, который во все время говорилъ одинъ, французъ же не сказалъ ни полъ-слова, — спросилъ меня: «прiйдетъ ли губернаторъ». Я ответилъ, что мы присланы отъ него, чтобы выслушать ихъ предложенiе, но если они хотятъ непременно его видеть, то я поеду передать ему это требованiе. «Нетъ, все равно, отвечалъ англичанинъ, вы передайте ему, что мы (при этомъ онъ обратился къ французу — тотъ молча наклонилъ голову въ знакъ согласiя) отъ имени нашихъ правительствъ, находящихся въ непрiязненныхъ отношенiяхъ къ Россiи, требуемъ, чтобы городъ былъ намъ сданъ и войско выведено за 1 1/2 мили отъ города, Мы уничтожимъ все заведенiя, запасы, провiантъ, которые, какъ намъ известно, принадлежатъ казне; жители же могутъ спокойно оставаться на своихъ местахъ», при этомъ онъ прибавилъ: «весьма жаль было-бы истреблять такой прекрасный городъ» («II serait vraiment dommage de detruire une aussi belle ville»), потомъ спросилъ меня, который часъ на моихъ часахъ, я сказалъ, что восемь съ половиной. Тогда онъ прибавилъ: «и такъ черезъ часъ мы ожидаемъ совершенно яснаго ответа т. е. да или нетъ». Я попросилъ парламентеровъ подождать тутъ же, не удаляясь отъ берега, а самъ поехалъ къ губернатору и генералу командующему войсками, находящимися въ городе, бывшему въ то время въ церкви».

Походный атаманъ Красновъ 1-й и военный губернаторъ Толстой, чрезъ своихъ парламентеровъ прокурора Война и чиновника особыхъ поручетй барона Франка, такую капитуляцiю отвергли и отвечали, что военная честь запрещаетъ уступить безъ боя городъ, и войска русскiя сгораютъ усердiемъ умереть за Государя и что, если непрiятель действительно, а не лицемерно, желаетъ оказать состраданiе жителямъ, то пусть не бомбардируетъ городъ, а выйдетъ на берегъ и вступитъ въ бой — пусть оружiе решить кому сегодня владеть Таганрогомъ. Очевидно таганрогскiе военачальники не особенно верили въ существованiе сильнаго дессантнаго войска у неприятеля, если решились предложить такое сраженiе при томъ смешанномъ и ничтожномъ составе войска и даже не войска, которое, какъ уже известно, составляло охрану Таганрога, брошеннаго совершенно на все случайности войны.

Лишь только парламентеръ привезъ ответь изъ Таганрога начальникамъ непрiятельской эскадры, какъ оттуда былъ открыть первый огонь по Таганрогу, направленный на крепость, несмотря на то, что тамъ былъ выброшенъ госпитальный флагъ: Это было 22 мая въ 9 1/2 часовъ утра.

Въ виду действiя непрiятеля, генералъ Красновъ немедленно распорядился, чтобы у спуска таможеннаго, (что за театромъ) сталъ гарнизонный полубаталiонъ и 200 человекъ наскоро вооруженныхъ таганрогскихъ охотниковъ, предложивъ команду графу Толстому, каковой охотно ее принялъ, при чемъ, при атаке непрiятелемъ высотъ таганрогскаго берега, графъ Толстой, подкрепленный тремя сотнями казаковъ 68 полка, долженъ ударить въ штыки и опрокинуть непрiятеля; при графе состояли и принимали деятельное учасие въ обороне города чиновники: баронъ Франкъ, Чернопольскiй, Щепкинъ и Кобзаревъ. Но неприятель, прежде чемъ высадить дессантъ, выдвинулъ четыре парохода и 50 разныхъ, вооруженныхъ пушками, судовъ противъ лесной биржи и открылъ жестокую канонаду, длившуюся до 6 l/2 часовъ, а въ тоже время семь большихъ пароходовъ, стоявшихъ далее, открыли сильный огонь по строенiямъ Таганрога. Городъ испытывалъ все ужасы бомбардированiя: бомбы и гранаты бороздили воздухъ въ разныхъ направленiяхъ и, разрываясь, бросали всюду убiйственную картечь; штуцерныя пули свистали, а ракеты съ шипенiемъ влетали въ городъ. Стены многихъ домовъ были разрушены, крыши срывались и пробивались потолки; въ некоторыхъ местахъ города вспыхнули пожары. Подъ особенно сильнымъ огнемъ была купеческая биржа и обе греческiя улицы, а также гостинный рядъ. Спасительнымъ для города обстоятельствомъ было то, что онъ расположенъ на крутомъ берегу и непрiятель долженъ былъ бросать снаряды на отвесъ, что, конечно, ослабляло ихъ действiе, такъ какъ многiя ядра перелетали черезъ городъ и падали у кладбищъ. Подъ прикрытiемъ этой канонады 300 человекъ дессанта сошло на берегъ и стали подниматься на крутизны у каменной лестницы, по направленiю къ церкви Царя-Константина, прикрываясь кустарниками. Графъ Толстой, во время заметивъ это движенiе, отделилъ отъ своего скромнаго отряда на таможенномъ спуске роту гарнизоннаго полубаталiона и, поручивъ ее отставному подполковнику Македонскому, ставшему снова въ ряды для защиты своего города, отправилъ его противъ дессанта. Македонскiй бросился въ ограду Царе-Константиновской церкви разсыпалъ тамъ среди деревьевъ i кустарниковъ свой отрядъ и, подпустивъ ихъ ближе, дружнымъ ударомъ сбросилъ ихъ штыками съ горы. Особенное мужество оказали здесь поручить Нестеровъ и подпоручики Лабутинъ и Михайловъ. Другая попытка высадившихся матросовъ зажечь лесную биржу тоже не удалась; скрытые тамъ таганрогские милицiонеры, подъ руководствомъ Зигурн Иванова и Щеровскаго, дали имъ отпоръ, и те поспешно скрылись. Небольшая группа непрiятеля незаметно взобралась на высокiе валы противъ дворца, но была сброшена охотниками подъ предводительствомъ Туроверова. Попытка взобраться на каменную лестницу тоже была отбита казаками, при чемъ сотникъ Ермоловъ былъ раненъ.

Неудачи высадки вызвали еще более сильную и учащенную канонаду со всехъ непрiятельcкихъ судовъ, но после этого продолжалась она не более 1/4 часа; бросивъ более 10.000 разныхъ снарядовъ, между каковыми находились бомбы въ 5 пудовъ, непрiятель сталъ сниматься и ушелъ версть iна 15 отъ города. А на другой день эскадра ушла по направленно къ Mapiуполю.

Въ этотъ день потери съ нашей стороны оказались следующая: одинъ казакъ убитъ, тяжело раненъ двумя пулями прикомандированный къ гарнизонному подубаталiону поручикъ Волковъ, тяжело раненъ осколкомъ гранаты въ голову состоявшiй при военномъ губернаторе чиновникъ особыхъ порученiй коллежскiй ассессоръ баронъ Франкъ, легко контуженъ въ бокъ полицiймейстеръ маiоръ Борзенко, подъ которымъ убита лошадь, нижнихъ чиновъ ранено 12 человекъ. Кроме того изъ жителей города убито 10 мужчинъ и одна женщина; два служителя пожарной команды и 10 человекъ полицейскихъ ранено. Матерiальные убытки были следующiе: сгорало домовъ — 18; магазиновъ на купеческой бирже — 107; лавокъ на Петровской площади — 12; амбаровъ — 2; разныхъ лавокъ въ городе — 9; подвалъ водочный — 1; питейныхъ домовъ — 3; кузницъ — 3; шкуна — 1. Казенныхъ зданiй сгорало: домъ, где помещалась портовая таможня и домъ, где помещалось карантинное биржевое отделенiе. Поврежденiя потерпели церкви: Царя Константина и Архангела Михаила (ныне Троицкая) — значительный, и соборная и церковь св. Николая — не важныя; было повреждено 49 частныхъ домовъ, 6 амбаровъ и 5 сараевъ, а изъ казенныхъ: жандармская конюшня, почтовая контора, госпитальная баня, дворецъ и одинъ магазинъ, да еще 1224 четверти казеннаго хлеба, который не успели вывезти въ Николаевку. Въ этотъ же день человекъ 15 непрiятельскихъ солдатъ выходили на берегъ, где ныне Касперовка, чтобы захватить разной живности, въ особенности птицъ, свиней и пр., но, заметивъ ихъ, пикетъ сталъ стрелять, и они ушли.

Вскоре после этого бомбардировали Красновъ 1-й былъ назначенъ наказнымъ атаманомъ въ кавказкiй корпусъ, но Императоръ оставилъ его на прежнемъ посту для охраны азовскаго побережья.

Въ день бомбардированiя города, известенъ былъ сдедующiй случай: жена церковнаго служителя дворцовой церкви Анисья Гаврiлова Лядова, находясь все время подъ непрiятельскими выстрелами, снабжала войско водою и въ это время заметила около горевшихъ домовъ Мусури и наследниковъ Рокко на Греческой улице девочку, года въ полтора, и, бросившись, не смотря на опасность, грозившую ей самой, къ ребенку, схватила его и вынесла въ безопасное место;, девочка оказалась ушибленной въ лицо. Затемъ этотъ неизвестный ребенокъ былъ Лядовой принять на воспитанiе, а такъ какъ фактъ сталъ известнымъ, то Анисья Лядова получила серебряную медаль на Владимiрской ленте съ надписью «за усердiе» и отъ Государя 25 руб. Въ это время проживалъ въ Таганроге адъютантъ Военнаго Министра капитанъ гвардiи Эльстонъ; онъ выразилъ желанiе выдавать на содержанiе неизвестнаго ребенка по 40 руб. въ мееяцъ, а со временемъ, при выходе девочки замужъ, единовременно 1000 руб. въ виде приданаго съ темъ, однако, страннымъ условiемъ, чтобы ребенокъ былъ при крещенiи названъ Еленою, что было исполнено. Впоследствiи, за нерозысканiемъ родителей, эта Елена была взята Эльстономъ 20 iюля 1863 года.

7 iюля вечеромъ Таганрогъ опять былъ встревоженъ появленiемъ непрiятельскихъ пароходовъ на таганрогскомъ рейде. На другой день одинъ изъ нихъ, подъ англiйскимъ флагомъ, подошелъ на разстоянiе двухъ верстъ отъ города, противъ воронцовской набережной и, сделавъ несколько выстреловъ ядрами и гранатами, пустилъ три ракеты, которыя произвели незначительные поврежденiя, и затемъ ушелъ въ море, делая промеры. Но блокада таганрогскаго залива продолжалась на следующiй день т. е, 9-го iюля. Въ 7 часовъ вечера къ гавани вновь подошелъ одинъ изъ пароходовъ, сделалъ выстрелъ и пустилъ ракету. Пущенное непрiятелемъ 92 фунтовое ядро ударило въ соборную церковь съ правой стороны алтаря и вошло въ стену на четверть аршина, отчего внутри алтаря осыпалась часть штукотурки. Въ это время шла всенощная. Совершавшiе службу о. Василiй Шарковъ и Дiаконъ Моисей