История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Ларенок В. А., Ларенок П. А. Погребение кочевника-тюрка из могильника Северный-II

На золотом крыльце сидели: 
Царь, царевич, 
Король, королевич, 
Сапожник, портной. 
Кто ты есть такой? 
Говори поскорей, 
Не задерживай добрых 
и честных людей. 

(детская считалка) 

I. Археологический источник.

В 2004 г. в г. Таганроге во время проведения археологической практики студентов Таганрогского государственного педагогического института был раскопан курган № 1 в курганном могильнике «Северный II» (1, с. 5).

Курганный могильник «Северный II» (рис. 1) занимает водораздел, образованный изгибом верхнего течения балки Большая Черепаха на северной окраине города Таганрога. В современной застройке окраины г. Таганрога северо-восточная часть могильника рассечена переулком 7-м Новым, центральная, наиболее высокая часть, занята предприятием водоканала. Сохранилась юго-западная часть могильника, на заброшенном пахотном поле ограниченная переулками 9-м и 10-м Новыми в 150 метрах к северо-западу от квартальной застройки. Здесь промышленными постройками уничтожены курганные насыпи. Курган №1 был выявлен в 150 м к ЮЗ от ограды предприятия водоканала, как единственное место на бывшем пахотном поле, где на поверхности были видны обломки известняка и известкового песчаника. В среднем длина камней не превышала 25-30 см, единичные камни достигали длины 50-60 см. Пятно с разбросом камня, площадью около 40х20 м, было вытянуто по линии СВ-ЮЗ. Но насыпь кургана в плане не была видна, распашка полностью снивелировала надмогильное сооружение.

Курган был сооружен над единственным погребением подбойной конструкции. Могильная яма, глубиной 2,12 м, располагалась в 3 м к С-ССЗ от центрального репера кургана (рис. 2). Входной колодец в плане прямоугольной формы был ориентирован длинной осью по линии В-3. Стенки (северная, восточная и западная) колодца расширялись к дну на 5-10 см. Южная стенка колодца пришлась на просад камеры подбоя. Размеры колодца по верхнему краю - 2,25х0,93 м, по дну - 2,36х1,0. Дно колодца имело небольшой наклон к югу - 1,75-1,78 м под северной стенкой и 1,96 м в южной части. Дно колодца соединялось с камерой подбоя через слегка наклонную ступеньку высотой 12-15 см.

На дне колодца лежал скелет лошади - «на животе», ориентирован черепом к 3 (лошадь домашняя, самка, возраст 3,5-4 года, рост - 138 см, среднерослая, тонконогая) (Определение к.б.н. Мягковой Ю. Я. )(рис. 2). Кости ног согнуты в суставах, передние поджаты под корпус, задние ноги отведены в стороны. Под костяком коня прослежен грязно-зеленовато-серый тлен, очевидно, образовавшийся в результате гниения трупа коня. Лошадь была взнуздана - в зубах находились кольчатые двусоставные удила.

Удила - (рис. 4-14) кольчатые двусоставные железные. Грызла удил выкованы из четырехгранного в сечении стержня. Для трензельных колец, на концах грызел, сделаны длинные цилиндрические втулки. Трензельные кольца в сечении округлые. Размеры удил: длина грызел - 10,3 и 9,5 см, втулки про трензельные кольца - длина 2,8 и 2,4 см, диаметр втулок - 1,8 см, толщина стенок около 3 мм; диаметр трензельных колец - 5 см, сечение - 0,7 - 1 см. Удила с перегибом по хронологии Г. А. Федорова-Давыдова встречаются в средневековых памятниках с XII в. (2., с. 18-20). Схожие по конструкции удила с широкой втулкой были найдены в погребении второй половины XIV в. в г. Саратове (3, с. 243-244).

Камера подбоя была заложена к югу от колодца, в плане прямоугольной формы, ориентирована длинной осью по линии ВСВ-ЗЮЗ (оси колодца и камеры не параллельны). Размеры подбоя - 1,6х0,60 м. Прослеженная высота стенок подбоя около 0, 55 м. Дно камеры подбоя имело наклон к востоку юго-востоку. Свод камеры рухнул в древности. Конструкция входа в камеру не ясна.

На дне камеры подбоя были расчищены остатки деревянного гроба (рис. 2), ориентированного длинной осью по длинной стороне подбоя. Дерево полностью истлело. Дно гроба фиксировалось в виде тлена дерева под костяком погребенного. Сохранились остатки двух досок (скорее всего широких и длинных тесаных пластин) крышки гроба и южная юго-восточная боковая стенка, прослеженная на высоту до 25-30 см, перекрытая остатками третьей доски крышки. Доски крышки гроба: с севера северо-запада сохранилась доска (тлен) длиной около 1,35 м, шириной около 0,20 см, толщиной не менее 6 см; к ЮЮВ от нее - доска длиной около 1,14 м и шириной до 0,30 м, толщина тлена около 6,0 см. Доски просели к дну камеры. Южная, юго-восточная боковая стенка гроба - прослеженная длина - 0,82 - 1, 52 м, сверху ее перекрывали остатки доски крышки гроба, прослеженная ширина которой не превышала 9 см. Отмечено, что край крышки гроба выступал с внешней стороны боковой стенки на 2-3 см.

Конструкция гроба может быть восстановлена как прямоугольный в плане ящик, высотой не менее 30 см, ширина его около 80 см, длина ящика, видимо, была около 2,1 м. Между собой доски гроба были сбиты кованными четырехгранными в сечении железными гвоздями.

Расположение гвоздей, как крепежного материала деталей гроба, удалось зафиксировать в ЮЗ части конструкции. Отметим, что большая часть конструкции сильно разрушена норами землероек. Один из гвоздей был вбит в ЮЗ край южной юго-восточной сохранившейся длинной доски крышки гроба и стыковал ее с западной юго-западной торцевой стенкой ящика. Два гвоздя отмечены как крепления крышки гроба к южной юго-западной длинной боковой стенке ящика. Здесь расстояние между гвоздями составляло 35 см.

Гвозди гроба - (рис.4-5,6,7) Сохранились 5 целых и 3 фрагмента. Гвозди кованные, четырехгранные в сечении, железо. Шляпка гвоздя смещена в одну сторону по отношению к центру. Такая конструкция шляпки гвоздя связана с кузнечным приемом. Конец стержня гвоздя расплющивался и загибался вбок под углом около 90 градусов. На стержнях гвоздей сохранился тлен дерева. По древесному тлену можно проследить направление волокон древесины и определить некоторые детали конструкции гроба. Размеры гвоздей: длина - 6,1 см, сечение - 0,6х0,65 см, шляпка - 1x1,1 см; сохранившаяся длина - 3 см, сечение - 0,7х0,7см, шляпка - 1,1,5 см; длина - 6,0 см, сечение - 0,5х0,46 см, шляпка - 1,1х1,2 см; длина - 6,6 см. сечение - 0,7х0,55, шляпка - 0,7х1,35 см; длина - 6,9 см, сечение - 0,5х0,55 см, шляпка -1x1,1 см; длина - 5,5 см, сечение - 0,5х0,5 см, шляпка - 0,8х0,8 см; сохранившаяся длина - 2,8 см, сечение - 0,5х0,5 см, шляпка - 0,8х0,9 см; сохранившаяся длина - 3 см, сечение - 0,5x0,6 см.

В восточной северо-восточной части подбоя, очевидно, на крышке гроба были помещены детали конской упряжи: пара стремян разных типов и видимо, часть ремней упряжи, от которой сохранились железное распределительное кольцо и подпружные пряжки одна с арочной рамкой и подвижным язычком, второе с округлой рамкой.

Стремена (рис.4-12), железо. «Северо-западное» («левое») стремя - арочное, с широкой прогнутой подножкой, выделенной в верхней части путалищной петлей в виде трапециевидного выступа. Размеры: высота - 12,6 см, ширина подножки - 6,55 см, дужки стремени в сечении уплощенно-прямоугольные, размеры их в средней части - 1,3х0,8 см; длина выступа путалищной петли в верхней части - 3,45 см. Путалищная петля - 2,8х0,40 см. По типологии А. Н. Кирпичникова относится к VII типу, время их широкого распространения относится к XII-XIII вв. (4, с.45, рис.29, 50).

«Юго-восточное» («правое») стремя - арочное, с широкой подножкой, края которой загнуты по длинным сторонам вниз, и образуют невысокий бортик (рис. 4-13). С одной стороны край подножки утрачен. Путалищная петля пробита в верхней части уплощенной дужки. Дужки стремя прямоугольные в сечении, со скругленными гранями: 1х1,2 см. Высота - 13,1 см, ширина подножки около 7 см, высота бортиков подножки - около 0.5 см. Размеры путалищной петли - 3х0,60 см. По типологии А. Н. Кирпичникова относится к X типу, к XII-XIV вв. (4, с.45, рис. 29, 54).

Детали упряжи у стремян (рис. 3).

Кольцо, железо (рис. 4-10) из округлого в сечении стержня. Диаметр - 4, см, сечение - 0,45 см.

Пряжка (рис. 4-9) с полукруглой рамкой, основание которой уплощено. Рамка пряжки в сечении прямоугольная, плоская. Основание пряжки выполнено из округлого в сечении стержня. Подвижный язычок из прямоугольного в сечении стержня, конец язычка приострен и изогнут. Размеры рамки пряжки: 4х3,6 см, сечение рамки - 0,7х0,4 см, сечение основания пряжки - 0,5 см. Длина язычка - 3,9 см, сечение - 0,7х0,3 см.

Пряжка (рис. 4-8) с арочной рамкой и подвижным язычком. Рамка пряжки в сечении овальная - 0,6х0,4 см. Размеры рамки - 4,9х4,6 см. Язычок - длина - 5,3 см, сечение прямоугольное (1х0,50 см), на конце язычок приострен.

На дне камеры подбоя, в гробу лежал скелет мужчины европеоид 35-40 лет (Антропологические определения к.б.н. Батиевой Е. Ф.). вытянуто на спине. Черепом костяк ориентирован к ЗЮЗ. Череп лежал на правой височной кости и был обращен лицевой частью к Ю-ЮЮВ. Левая рука согнута в локтевом суставе, локтевой сустав был отведен от корпуса к северу. Кисть левой руки лежала на левой половине таза. Правая рука вытянута вдоль корпуса, кисть ее у правого тазобедренного сустава. Ноги вытянуты, прямые (стопы - на ширине плеч). Суставы хорошо разработаны. Левая сторона костяка сильно развита. На костях следы заболеваний артроза и спондилеза. Погребальный инвентарь:

1. Нож (рис. 4-19), железо, лежал к С в 10 см от левого тазобедренного сустава, ориентирован концом лезвия к ВСВ. Нож черешковый, однолезвийный, со слегка изогнутой (выпуклой) спинкой. Клинок в сечении клиновидный, конец клинка утрачен. Черешок плоский прямоугольный в сечении, приострен с одной стороны. На черешке следы дерева рукояти. На клинке следы тлена дерева ножен. Сохранившаяся длина - 22,1 см, длина черешка - 5,3 см, ширина клинка (мах) - 2 см, толщина спинки - 0,55 см, сечение черешка (мах) - 1,1х0,50 см.

2. Калачевидное кресало (рис.4-17), железо, с кресальным кремнем, лежало с ВСВ от ножа в 2 см. Кресало однолезвийное. Лезвие широкое, с треугольным выступом на внутренней стороне. Концы кресала отогнуты наружу в виде небольших «ушек». Выковано из прямоугольного в сечении стержня, сечение - 1,1х 1,1 (лезвие без выступа), 0,6х0,6 см у концов. Длина - 7 см, высота - 4,6 см, диаметр ушек - 0,9 см. Кремень - серый, непрозрачный, неправильной пирамидальной формы. На гранях следы ударов о кресало. Размеры - 3,45х1,55х2,10 см. Такой тип кресал был широко распространен в эпоху средневековья с XI в.(5, с. 195, 216, 245, табл. 72)

3. С севера у железного ножа находились остатки напутственной пищи - кости свиньи, возраст 6 месяцев (берцовая правая, лучевая и локтевые правые, позвонки (3 шт.), доп. метаподии - 2 шт.). Открытым остался вопрос, были ли эти кости дикого или домашнего животного.

4. Оселок (рис. 4-15) из мягкого серо-коричневого талькового (?) песчаника находился у левой бедренной кости в 3 см к ССЗ от левого тазобедренного сустава. Оселок лежал параллельно ножу и левой бедренной кости. В плане прямоугольной формы. Торец, у которого на изделии сделано отверстие для подвешивания, скруглен. Широкие стороны оселка сработаны. Отверстие для подвешивания просверлено с узкой стороны бруска (по ширине). Размеры оселка - 12х2,1х1,1 см. Отверстие конические. Диаметр отверстия - 0,45 см, и с другой стороны - 0,5х0,6 см, длина канала отверстия - 1,9 см.

5. Вток? или ворворка? (рис. 4-16) железо, конический предмет, свернутый из листа металла, находился к ССЗ от черепа в 30 см. Края металлического листа заходят друг за друга. На внешней стороне предмета следы древесного тлена, видимо, дерева гроба, прикипевшего к ржавчине. Тлен дерева виден и на внутренней поверхности. Длина - 6,8 см, основание - 3,35х2,85 см, верх - 0,90х1,1 см, толщина пластины - 0,3 см. Назначение предмета не ясно. Изделие напоминает вток копья. Но, возможен вариант, что это ворворка - деталь бунчука или кисти - украшения сбруи лошади.

6. Рядом с ворворкой зафиксированы 3 железные пластины (рис.4-11):

а) плоская дугообразная в плане пластина, у торцов которой пробито 4 отверстия для крепления. Отверстия пробиты с одной стороны, на противоположной стороне остались заусенцы. Размеры - 6,7х2,3х0,3 см, диаметр отверстий 2-3 мм.

б) плоская трапециевидная пластина с двумя парами отверстий у торцевых сторон изделия. Размеры - 5,5-6,6х2,6-3,1х0,3 см. Отверстия пробиты с одной стороны, остались заусенцы. Диаметр отверстий около 4 мм. Пластина чуть изогнута, отверстия пробиты с вогнутой стороны.

в) прямоугольная в плане пластина, края частично разрушены. Вдоль одной из длинных сторон, ближе к углам пластины пробито 2 отверстия. Отверстия пробивались с разных сторон пластины, на выходе инструмента остались заусенцы. Размеры - 7х3,2х0,3 см, диаметр отверстий - около 0,35-0,4 см.

7. Вдоль правой ноги с юга юго-востока находились остатки берестя­ного колчана с пластинчатым железным каркасом и костяными резными накладками. Часть деталей колчана перемещена и разрушена грызунами. Длина колчана, судя по расположению сохранившихся деталей, была не менее 60 см. В плане колчан имел форму усеченного конуса, в сечении изделие было овальным. Нижняя часть колчана (дно) имела размеры близкие к 6х12 см, устье колчана - можно реконструировать как овал размером 9-10x4 см. Каркас колчана (рис. 5-11), железо, дерево. Сохранилась часть пластин каркаса со следами деревянных деталей, прикипевших к окислам. Пластины каркаса крепились к деревянной основе тонкими гвоздями, длиной 1,5-1,6 см, диаметром 1,0-2 мм, диаметр шляпки - около 7 мм. Конструкция металлического каркаса: два обруча (нижний широкий и верхний узкий) соединенные гвоздями с вертикальными пластинами, набитыми на боковые стороны колчана. Вертикальные пластины каркаса - в плане трапециевидные, более широкие в нижней части. Длина пластин не ясна. Сохранившаяся длина наибольшей из вертикальных пластин в соединении с нижним обручем каркаса - 16,0 см, ширина в нижней части 2,5 см, в верхней части - около 1,5 см. Толщина пластины - около 1,5 мм. Одна из длинных сторон боковых вертикальных пластин колчана загнута в виде бортика высотой 2-3 мм. Расстояние между отверстиями для гвоздей, которые крепили пластины к дереву колчана - 3,5-4 см. Пластины горизонтальных обручей: нижняя, у дна колчана - полоса шириной 2,1-2,2 см; верхняя - шириной - 1-1,1 см. Особенность пластин обручей - с одной из широких сторон колчана пластины имели сужение. Эта деталь наиболее хорошо видна на нижнем обруче. Воз­можно, такая конструкция обручей использовалась для крепления ремня. Шаг крепления гвоздями обручей на нижнем следующий: 1,9см, 2,4 см и 3,2 см. Обручи были набиты поверх вертикальных пластин каркаса. Накладки на колчан (рис. 5-4-6), кость. Сохранилось 6 прямоугольных в плане пластин, занимавших на лицевой стороне колчана зону высотой 26,3 см. Пластины составляют несколько ярусов. Верхний ярус образуют две боковые пластины, изогнутые с одной стороны по форме футляра для стрел, и одна центральная, более длинная пластина. Орнаментальную композицию верхнего яруса можно разделить на 6 горизонтальных зон, 5 из которых совпадают на всех 3-х пластинах яруса, а шестая есть только на более длинной центральной пластине. Последовательность орнаментальных зон сверху вниз следующая:

  • у устья колчана на пластинах врезано 5 горизонтальных параллельных полос, шириной около 1,0 мм, ширина зоны орнамента - 1,1 см,
  • ниже - основная часть композиции. На каждой пластине врезной косой крест, линии которого ближе к концам, пересечены короткими глубокими выемками. В пространстве, образованном углами креста нанесено 4 врезные круга с лункой в центре. Круги подчеркивают крестообразный мотив композиции. Ширина зоны - 3,4 см. На центральной пластине по ее краям в композицию добавлено по вертикальной врезной линии.
  • третья зона - три горизонтальных врезных линии, выполненные так же, как линии зоны у устья колчана. Ширина зоны - около 0,8 см.
  • зона растительного орнамента. На каждой пластине изображена пара листьев, контур которых образован врезной линией, но внутренняя часть листа выполнена срезкой кости внутри рельефного контура. Листья расположены наклонно и ориентированы в каждой группе в противоположные стороны. На центральной пластине композиция подчеркнута парой вертикальных врезных линий у краев пластины. Ширина зоны - 1,3 см.
  • пятая зона - 2 горизонтальные параллельные врезные линии. Ширина их - 0,35 см.
  • нижняя часть центральной пластины оформлена вертикальными врезными линиями, которые подчеркнуты с нижнего края платины горизонтальной врезной линией. На центральной пластине также как в орнаментальных зонах 2 и 4 сделаны по краям пластины вертикальные линии. Особенность вертикальных линий 6-й зоны - это чередование длинных, прорезанных горизонтальных полос, с короткими, врезанными с отступом на 1-2 мм от горизонтальных. Ширина зоны - 1,5 см. На пластинах частично сохранилась раскраска красной и зеленой краской. Видимо, полосы красной и зеленой краской чередовались в горизонтальных врезных линиях. Зеленой краской были окрашены листья. На центральной пластине заполнение красной краской имеют короткие вертикальные линии.

Пластины нижнего яруса - две боковые, близкие по размеру и по композиции орнамента и более длинная центральная пластина. В плане расположение пластин Н - видное, как бы с пропуском боковых пластин в центре.

Рассмотрим орнамент нижнего яруса, начиная с верха центральной пластины, на которой можно выделить 9 зон:

  • в верхней зоне между двумя параллельными горизонтальными линиями вырезана фигура лежащего оденя (?), ориентированная параллельно длинной оси пластины, с непропорционально длинным туловом, обра­щена головой вправо. Морда зверя поднята вверх. Резчик смоделировал ухо и волнистой линией показал схематично рога. Фон вокруг фигуры животного заполнен пересекающимися неглубокими врезными линиями. Ухо животного окрашено красной краской. Глаз животного передан круглой лункой. Сходные лунки украшают тело животного. Ширина зоны - 6,3 см.
  • вторая зона, объединенная с первой двумя парами врезных линий, нанесенных вдоль длинных сторон пластины. Композиция - между двумя горизонтальными параллельными врезными линиями фигура лежащего оленя, обращенного мордой вправо. Ноги поджаты под корпус. Голова поднята вверх, длинные рога над спиной. Фигура животного ориентиро­вана перпендикулярно длинной оси пластины. Оформление фона и тулова животного аналогично зоне 1. Ширина зоны - 2,8 см.
  • далее идут орнаментальные зоны, частично совпадающие с боковыми пластинами. Третья зона - пара параллельных горизонтальных линий, окрашеная красной краской. Ширина зоны - 3,0 мм.
  • четвертая зона - растительный орнамент, идентичный растительному орнаменту четвертой зоны верхнего яруса. Ширина - 1,1-1,20 см. Видны следы зеленой краски на листьях.
  • пятая зона - три врезных горизонтальных параллельных полосы, окрашенных красной краской. Ширина зоны - 4-5 мм.
  • шестая зона - изображение лежащего оленя. Морда обращена вправо. Но ориентировка фигуры животного на боковых пластинах параллельна длинной оси пластин, а на центральной - перпендикулярна. На центральной пластине фигура животного обрамлена вдоль длинных сторон пластины парными вертикальными линиями. Оформление фона и туловища животного аналогичны зоне 2 на центральной пластине нижнего яруса. На боковых пластинах по фону сохранились следы зеленой краски. Ширина зоны - 2,9-3 см.
  • ниже фигур животных - седьмая зона - три горизонтальных параллельных врезных линии с остатками красной краски. Ширина - 5,0 мм.
  • восьмая зона - чередующиеся длинные и короткие вертикальные линии, идентичные зоне 5 верхнего яруса. Сохранились следы красной краски. Ширина - 1,4 см.
  • низ пластин - девятая зона - украшен парой горизонтальных параллельных линий. Ши­рина - 3,5-4 мм.

Размеры костяных колчанных накладок.

Размеры верхний ярус нижний ярус
боковая центральная боковая боковая центральная боковая
длина 7,9-8 см 9,1-9,2 см 7,9-8,1 см 8,8-9 см 17,2-17,30 см 8,80 см
ширина 3,3-4,0 см 3,4-3,70 см 3,8-4,0 см 4,2-4,30 см 3,6-4,95 см 3,6-4 см
толщина 1,5-2 мм 1,0-1,5 мм 1,5-2,0 мм 1-2 мм 2 мм 1-2,5 мм

8. В колчане находились стрелы с железными черешковыми ромбиче­скими наконечниками с кольцевым упором у основания пера (боевой части). Устье колчана и наконечники стрел были ориентированы к 3-ЗЮЗ. Найдено пять наконечников стрел (рис.5-12-16). Размеры нако­нечников:

№ п\п длина длина нижней части пера (от упора до ши­рочайшей части) максимальная ширина пера толщина пера длина черешка максимальный диаметр черешка
1 10,3 см 4,1 см 2,3 см 2,0-3,5 мм 3,7 см 0,5 см
2 10,2 см 4,1 см ок. 2,3 см 0,30 см 3,80 см 0,60 см
3 10,5 см 4,0 см ок. 2,3 см 3-5 мм 4 см 0,5 см
4 9,6 см 4,15 см 2,3 см 3,5 мм 2,9 см 0,55 см
5 ок. 9,4 см 4,3 см ок. 2,4 см 3-4 мм 4,0 см 0,6 см

Крупные ромбические наконечники с упором имеют очень широкую дати­ровку - XIII - XVIII вв. (6. с.39, с. 180, табл. IV-4-5)

9. В области таза погребенного, в основном в заполнении нор, найдены остатки поясной гарнитуры.

К СЗ от левого тазобедренного сустава в 10 см - фигурная поясная на­кладка, железо (рис.4-2), в плане изделие в виде трилистника с прямым основанием. Центральный лепесток приострен, боковые лепестки - округлые. С внутренней стороны края пластины загнуты и образуют бортик, высотой 2-3 мм. Для крепления к ремню на накладке пробито два отверстия у основания центрального лепестка, размеры - 3,5х3,5х0,4 см. Диаметр отверстий - 2-3 мм.

10. фигурная ременная накладка (рис. 4-4), железо, из заполнения нор, изготовлена из плоской пластины. В плане представляет собой узкую прямоугольную пластину с кольцевым расширением с одного из концов. Противоположный конец обломан и утрачен. Кольцевое расширение с двумя треугольными выступами (центральным по длинной оси предмета и боковым). Размеры - сохранившаяся длина - 4,8 см, диаметр кольцевого расширения - 2,4 см, ширина кольца - 0,8-1 см, толщина пластины - 0,4 см. На тыльной стороне рамки у основания центрального треугольного выступа сохранились остатки прикипевшей коррозией тонкой железной пластины. Остатки такой же пластины видны у противоположного, обломанного края изделия, возможно, на этом месте слом пластины произошел по отверстию для заклепки.

11. распределитель ремня (рис. 4-1), железо, из заполнения нор; прямоугольная в плане пластина с двумя параллельными прорезями, выполненными параллельно длинной оси изделия. По углам пластины -4 заклепки для крепления к ремню. Размеры пластины - 3,7х2,9х0,3 см. Размеры прорезей - 1х0,3 и 1,0х0,30 см. Высота заклепок - 4-5 мм, диаметр около 3 мм. Концы заклепок, с внутренней стороны ремня, видимо, были расклепаны на шайбы - тонкие кольцевые пластины диаметром 4-6 мм и толщиной около 1-2 мм.

12. фрагмент кольцевой рамки пряжки, железо, изделие из округлого в сечении стержня диаметром 6 мм, сохранившаяся длина - 2,2 см, диаметр реконструируется как близкий к 3 см.

13. фрагмент кольцевой рамки пряжки, железо, изделие из округлого в сечении стержня диаметром 3,0 мм, сохранившаяся длина - 2,3 см, реконструируемы диаметр около 2,5 см.

14. В заполнении нор к северу от костяка найдена железная пуговица (рис.4-3), сохранилась нижняя часть полусферической формы с узким плоским полем по периметру основания с выделенной петлей для пришивания. Петля для пришивания закреплена через отверстие в верхней части полусферы. Внешняя сторона пуговицы утрачена, возможно, пуговица была обтянута тканью? Размеры - диаметр - 3,1-3,4 см, сохранившаяся высота (с петлей) - 1,3 см, диаметр петли - 0,7 см. Петля выполнена из ок­руглого в сечении стержня, диаметром 3,0 мм.

Часть погребального инвентаря была помещена на дно камеры подбоя вне гроба.

15. К северу от таза погребенного в 30 см, у ступеньки входа в подбой зафиксировано несколько кусков мела. Но этот участок погребальной конструкции сильно изрыт норами землеройных животных. Поэтому однозначно определить был ли мел положен у гроба или в самом гробу не возможно.

16. У ЮЮВ стенки подбоя, под тленом досок гроба в 15 см к югу от правого плечевого сустава лежала баранья лопатка, поверх которой находился железный нож (рис. 2), ориентированный концом лезвия к ВСВ. Очевидно, что этот важный ритуальный набор, связанный с древними тюрко-монгольскими традициями, был помещен в камеру подбоя перед совершением захоронения. Нож (рис. 4-18), железо, черешковый, однолезвийный с прямой спинкой. Клинок в сечении клиновидный, конец клинка утрачен. На черешке следы дерева рукояти. Черешок в сечении прямоугольный (1,5х0,55 см). Сохранившаяся длина ножа - 18,4 см, ширина клинка у черешка - 2,5 см, толщина спинки - 0,55-0,70 см. длина черешка - 6 см.

II. Интерпретация археологического источника

Рассмотрим отдельные элементы погребального обряда кочевника из кургана № 1 могильника Северный-1.

Конь - хойлго.

Погребение человека с конем или его чучелом - традиция, распространенная среди кочевнических народов. Какова функция коня в погребальном обряде: конь - атрибут всадничества, конь - жертвенное животное? Может быть, и то и другое?

Культ коня у бурят, монголов и тюркских народов Сибири существовал в одинаковых формах с некоторыми особенностями. В прошлом конь погребался вместе с умершим человеком. Погребенный конь или конь, на котором везли умершего шамана или человека, убитого молнией, одинаково называли хойлго (7, с. 162).

В современном бурятском языке слово это встречается как устаревшее и означает - «лошадь, предназначенная для отвоза умершего». В прошлом так назвалась лошадь, на которой увозили умершего шамана и которую убивали для сопровождения в загробный мир. Если человека хоронили в земле, сжигали или поднимали на помост, то убитую лошадь оставляли на земле. Позже, на оставленной в живых хойлго, запрещалось ездить на тайлган (поминальный праздник), свадьбу, в гости. Использовали её только на тяжелой работе. У монголов, лошадь, убитую на похоронах, называли хайлган мори. Мясо ее съедали, а шкуру, набитую чем-нибудь оставляли на могиле. «Следует подчеркнуть, писал Т. М. Михайлов, что у дореволюционных бурят и тюркских народов Сибири хойлго являлся обязательным компонентом погребального обряда шаманов и шаманок» (7. с. 184-185).

По другой версии, записанной Г. Р. Галдановой, конь хойлго должен быть у каждого человека, хойлго - это доля, завещание родителей, т.е. конь уже заранее предназначен человеку, чтобы на нем можно было вернуться к предкам. Конь должен быть белой масти. Сияние, исходящее от белой лошади, освещает дорогу умершему. Слово «хойлго» происходит от слова «хой» - север, так как буряты хоронят мертвецов - на северной стороне. Таким образом, «хойлго» - это лошадь направляемая на север (8. с. 56-57).

Интересен еще один важный на наш взгляд для интерпретации археологических источников обычай, объясняющий почему, в погребениях мы встречаем разную ориентировку коня или его чучела. Тюгели (у бурят) - это шкура жертвенного животного вместе с головой и ногами, воздетая на длинный шест. В зависимости от того, какому божеству посвящалось молебствие, тюгели ориентировали головой в ту или иную сторону. Ульгеню - на восток, Эрлику - на запад (8, с. 179-180). Не поэтому ли в погребениях средневековых кочевни­ков мы видим разную ориентировку коня?

Культ коня, считают исследователи, возможно, связан с солярным культом, так как особо почитаемы были беломастные животные. При посвящении добрым божествам коня кропили молоком, приговаривая: «Высокое небо - местообитание лошадей, мать Ульгень (земля) - место нахождения женщины-матери». Лошадь представляли крылатой. Очень часто этот образ встречается в сказках. Следствие небесного происхождения - сакральная сила лошади. Как воплощение добра лошадь устрашающе действует на злых духов. В гриве лошади прячется душа человека, преследуемая страшными духами. Лошадь устремляется в погоню за похитителями души человека (8, с. 41)

Таким образом, лошадь, погребенная вместе с человеком, должна была перевезти его душу в царство мертвых. Этот обычай связывается в мировоззрении тюрков и монголов с похоронами шаманов.

Погребения с колчанами.

Невозможно представить себе погребение кочевника без одной характерной детали - колчана со стрелами. Вот как описывает персидский историк конца XV в. Мирхонд снаряжение воинов Тимура. Каждый воин должен быть иметь лук, тридцать деревянных стрел, колчан и щит. На двух человек должна быть захвачена одна лошадь. На каждые десять человек - одна палатка, две лопаты, кирка, серп, пила, топор, секира, сто иголок, веревка, котел (9, с. 82-83). В погребениях средневековых кочевников мы встречаем колчаны нескольких типов с определенным набором стрел и разным их количеством. Часть колчанов в захоронениях поздних кочевников имеет костяные накладки, богато украшенные разнообразными орнаментами, как и в погребении курганного могильника Северный-II. Большая часть таких колчанов была опубликована в работе Н. В. Малиновской (10, с. 132-175). В каталог собраны сведения о 84 колчанах, описаны орнаментальные композиции, принципы их построения, мотивы и приемы орнаментации. Проанализированы комплексы, в которых найдены колчаны с накладками, типы погребений, состав инвентаря в них. Была сделана попытка определить, кто производил такие колчаны с накладками. Определены хронологические рамки комплексов, в которых колчаны встречаются.

Перед нами предложенная Н. В. Малиновской схема построения орнаментальных композиций:

1) пластины расположены тремя продольными рядами;

2) орнамент скрепленных обкладок образует несколько поперечных зон;

3) центральная накладка выделяется на фоне симметричных боковых пластин.

Однако, автором, был, упущен, на наш взгляд, один очень важный момент. Расположение накладок на колчане, а самое главное, орнаментальных зон не случайно. Так передается строение мироздания, характерная для мировоззрения тюрков и монголов и связь между его элементами. Мир состоит из трех состав­ляющих: обитель светлых богов - небо, мир живых - земля, мир злых божеств и мертвых людей - подземное царство. Рассмотрим наши накладки (рис. 5-1-6). Деление на три составляющие мироздания подчеркивают горизонтальные желобки. Верхний ярус пластин - небо передано солярными символами: косым крестом и циркульным орнаментом. Мир подземный - это две фигурки оленей на центральной нижней и большой средней накладках, изображенные в статичной позе: лежа с поджатыми под себя конечностями. На боковых нижних пластинах олени в беге устремлены вверх, как и на центральной накладке в центре - большая фигура оленя передана в движении вверх к небу. Интересно, что справа и слева от центральной пластины мы видим пустоты. Этим подчеркивается важная роль именно этого элемента композиции - центральной большой фигуры животного. Может быть, это мать-олениха, мать всего живого, соединяющая собой, своим движением три сферы мироздания? Интересно, что олени лежащие с подогнутыми ногами, обращены мордами к востоку - к восходящему солнцу. Миры отделены между собой зонами стилизованного растительно-геометрического орнамента: зеркально расположенные спиральные завитки - листья. Самый нижний элемент орнамента - ряд овалов. Такой же ряд ограничивает верхний мир на центральной накладке от бегущего вверх оленя. Орнамент, на наш взгляд, подчеркивает ритуальный, магический характер изображений и предмета, на который он нанесен. Такое расположение элементов на пластинах позволяет трактовать сюжет композиции как солнечный, животворящий. На колчане изображены солнечные олени, а сам колчан приобретает значение культового предмета.

Мы рассмотрели конкретный сюжет на колчанных пластинках. Но кроме оленей на них изображались и другие существа - змеи, драконы, барсы. Интересны растительные стилизованные композиции, восходящие, по-видимому, к древу жизни. Все перечисленные мотивы хорошо известны в мифологии тюрок и монголов.

Н. В. Малиновская делит все известные ей погребения с колчанами на два разряда. I разряд отражает высокое имущественное положение воинов, вооруженных саблей (мечом), луком, иногда копьем с защитной кольчугой или панцирем и предметами из золота. II разряд - это погребения рядовых лучников. Отсюда следует вывод, что «часть из них была принадлежностью кочевой знати, военачальников и предводителей отдельных полков», «...украшали свое оружие и легковооруженные воины-всадники, рядовые представители кочевой степи» (10, с. 145, 158). Орнаментация колчанных накладок объясняется, таким образом, любовью к украшению своего оружия, как воинской знати, так и простых солдат. Но каждый предмет погребального (как и любого другого) обряда, каждая его деталь, как мы знаем, несет в себе две функциональные нагрузки: бытовую и ритуальную, магическую. Поэтому как погребения с золотыми предметами, так и на первый взгляд более скромные должны были содержать общую идейную нагрузку.

Один из вопросов, которые пыталась решить Н.В. Малиновская - кто делал костяные накладки? Ее вывод сводится к тому, что накладки «изготавливались для степных воинов в золотоордынских городах», поскольку «кочевой характер быта степняков сказался в почти полном отсутствие ремесел» (10, с. 189).

Однако археологические и этнографические источники свидетельствуют о том, что традиции косторезного ремесла и ремесла вообще у кочевников существовали с древнейших времен. Примером могут служить, например, древнетюркские колчаны, на которых традиционно использовались костяные орнаментированные накладки. Колчаны украшались тонкими накладками по горловине и приемнику. Сюжеты состояли из простых композиций: волна, циркульный орнамент (11, с. 151, рис. 66.)

У бурятов, судя по описаниям этнографов, достаточно развиты были в 18 в. некоторые ремесла: выделка войлока, ремней, повозок, домашней посуды, сбруи. Изготавливали и вооружение: стрелы, луки, панцири, сабли, копья и прочее (7, с.214).

О развитии ремесла можно судить по наличию в языке средневековых монголов нескольких названий разных типов колчанов: «колчан для стрел», «колчан из бересты», «колчан из ивы», «колчан с крышкой» (12, с. 105).

Совершенно справедливо Н. В. Малиновская отмечает, что, по мнению Г.А. Федорова-Давыдова, в погребениях с колчанами есть черты, которые связаны с пришлыми с востока племенами (10, с. 168). Этот «восточный элемент» служит разгадкой к пониманию, того, почему вдруг в 13 веке появились колчаны с костяными резными накладками.

Традиции косторезного ремесла существовали в Поволжье, в Волжской Болгарии, территории которой стали центральной частью Золотоордынского государства. По материалам раскопок известны разные предметы быта, охотничьего и боевого снаряжения, украшения, предметы туалета из кости, орнаментированные циркульным, шахматным орнаментом, ромбами и т. д. (13, с. 233).

Известно, что ремесленное производство Золотой Орды было синкретичным. Оно впитало в себя традиции многих народов, живших на завоеванных территориях. Даже если в период наивысшего развития государства такие колчаны с накладками делались в городских мастерских, заимствование традиции их изготовления произошло из материальной культуры кочевых народов.

Еще одна важная деталь была подмечена исследовательницей. Это наличие скелета, костей коня или предметов конской упряжи в погребениях с колчанами. В первом разряде таких погребений было 90 %, во втором - 67%. (10. с. 144). Т.е. в обряде большинства погребений с костяными накладками на лук присутствует элемент, связанный с культом «хойлго». А «хойлго», как мы помним, это, прежде всего лошадь, предназначенная для похорон шамана.

Таким образом, мотивы орнаментальных композиций на костяных накладках колчанов не случайны, в них заключен глубокий смысл, передающий сюжеты древних представлений тюрко-монголов о мироздании.

Какова роль оленя-лося в системе мировосприятия древних народов?

Следы тотемизма в мифологии - олень-лань

В мировоззрении кочевников тюрков и монголов сохранились древнейшие представления, относящиеся, еще к каменному веку, к временам, когда они были охотниками и собирателями.

Предками - тотемами правящего монгольского рода борджигин были серый волк и лань. Действовал специальный закон, не позволявший убивать этих животных (7, с.234).

Прародительницей монголов считалась Гоа Марал - Прекрасная Лань.

У бурят хозяйка земли называлась «Буга хатан» (буга - олень). Кроме того, было распространено почитание оленя без относительно к его полу. Когда олень трубит, считалось, что он произносит «юролы» (священные заклинания): «Тот, кто намеривается убить меня - пусть не доживет до старости, тот, кто приходит слушать меня - пусть обретет долголетие». Знали буряты обычай поклонения рогам оленя. Голову добытого на охоте оленя устанавливали на белой кошме у очага и совершали моление оленьим рогам. После этого каждый прикасался к рогам, чтобы получить благословение, ибо считалось - голова оленя - это «эрдени» (священный предмет). Олень считался небесным животным (буу-малан)(8, с. 39).

Почитания оленя нашло отражение и в бытовом искусстве монгольских народов. В юрте в Монголии Г. Р. Галданова видела сундук, окрашенный в красный цвет. Сундук стоял на почетной стороне юрты. На нем в золотом круге был изображен красный олень с ветвистыми рогами. Такого оленя рисовали на бубнах шаманы. Красный цвет означал, что олень живой (8, с. 39). Вспомним, что наши накладки раскрашены в красный цвет!

Культ небесных оленей представляет собой архаичную повсеместную стадию религиозных представлений, но у племен, давно перешедших к земледелию, эта стадия сильно выветрилась, а у недавних охотников она уцелела в большей полноте (14, с. 12). Еще совсем недавно на русском Севере Большая Медведица называлась «Лосем», «Сохатым». У эвенков созвездие Большой Медведицы называется «Лосихой Хеглен», Малая Медведицы - «Теленком Хэглен» (14, с. 7). У эвенков видимое голубое небо - тайга верхнего мира. В ней живет космический лось Хэглэн. На день лось уходит в чащу небесной тайга, поэтому его не видно с земли людям. К ночи олень выходит на вершины хребтов, и его люди видят с земли. У эвенков есть еще образ лосихи или самки оленя - Бугады Энинтын. Она хозяйка мира, мать зверей и людей. Охотники тайги представляли солнце в виде живого существа - гигантского лося, за день пробегающего по всему небосклону и к ночи догружающегося в преисподнюю, в бесконечное подземное море, таков сюжет долганской сказки (14, с. 13).

Еще один мотив сохранился у нганасан. Он связан с волшебным путешествием шамана и оленями. Шаман, для получения особой силы должен обойти все три яруса Вселенной. Его путь сначала лежал в подземный мир, потом он полетел к вершине древа жизни в небесный мир, где нашел чум владычицы Вселенной. Войдя в чум, шаман увидел на левой женской стороне двух нагих женщин, подобных оленям: покрытых шерстью, с ветвистыми оленьими рогами на голове. Шаман подошел к огню, но то, что он принял за огонь, оказалось солнечными лучами. Обе женщины родили по два олененка. Эти оленята должны были стать родоначальниками диких и домашних оленей (14, с. 13-14.).

Процесс «выветривания», вытеснения старых представлений происходил и в кочевых обществах параллельно с переходом к новым видам хозяйственной деятельности, от охоты - к скотоводству, и к новым типам отношений в обществе. В алтайском эпосе о Сокор-Кара есть интересная фраза: «На коня Кара-Бука, имеющего рога с восьмью разветвлениями он сел и в подземное царство уехал» (15, с.221). Это наглядный пример замещения оленя конем, на котором герой путешествует по всем известным мирам.

Таким образом, мы наблюдаем несколько интересных для нас моментов древней мифологии:

  1. Олень - тотемное животное, связанное с культом небожителей и солярным культом.
  2. В сюжетах образы оленя и шамана тесно связаны.
  3. На определенной стадии развития общества происходит замещение оленя на лошадь, но древние представления о роле оленя продолжают существовать.
  4. Оба животных обладают волшебной способностью путешествовать по трем составляющим мироздания, часто в этих путешествиях присутствует фигура шамана.

В статье Н. В. Малиновской опубликована накладка из раскопок В. П. Шилова в Астраханской области у с. Жутово (10, с. 151, 170). На ней изображена сцена, в которой человек в рогатой шапке (шаман?) «пасет» двух оленей (рис. 6). Отождествление этой антропоморфной фигуры с шаманом не случайно. По этнографическим источникам известны головные уборы бурятских шаманов в виде венца или короны с изображением рогов оленя (15, с. 231). Олени лежат, их ноги подогнуты под туловище, позы статичны. Ветвистые рога животных образуют собой древо жизни, по которому шаман может совершать путешествие в разные сферы мироздания. Возможно, здесь передан сюжет шаманского обряда, связанный с его перемещением из мира в мир.

Рис. 6 Фрагмент накладка из раскопок В.П. Шилова в Астраханской области у с. Жутово
Рис. 6 Фрагмент накладка из раскопок В.П. Шилова в Астраханской области у с. Жутово

Шаман - воин, атрибуты шаманского костюма, лук и стрела

Как говорят бурятские легенды, - раньше шаманы принимали участие в военных походах, даже возглавляли боевые дружины и сами вступали в сражения. Такими воспоминаниями о воинских временах являются, по мнению С. В. Иванова многочисленные металлические подвески и детали оформления, имитирующие доспехи, миниатюрные изображения оружия на костюме шамана. (18, с. 122). Возможно, к деталям шаманского костюма относятся металлические пластины с пробитыми на них отверстиями для крепления из погребения могильника Северный-II, коническая ворворка - «колокольчик» и пояс с железными накладками.

По сообщениям некоторых информаторов, пишет Г. Р. Галданова, шаман при камлании использовал также маску и куяг - панцирь с колокольчиками. Панцирь изготавливался из железных или свинцовых пластинок, колец наподобие чешуи. Панцирь использовался как оргой - шаманское облачение. Панцири - оргои были нескольких типов: боевые и символические обрядовые. На старинных боевых оргоях были нашиты железные пластинки с символическим изображением животных и человеческими фигурками. Боевые оргои применялись при военных столкновениях в качестве доспехов, потому, что в старину шаманы были также и предводителями рода и находились в первых рядах воинов (8, с. 70).

Есть сведения о том, что у некоторых народов, в том числе у бурят, доминирующим образом шаманского костюма являлся олень с преобладанием в его внешнем оформлении металлических предметов (15, с.231). Причем облачение шамана почти полностью было покрыто металлическими подвесками, нашитыми в определенной последовательности.

Атрибутами многих алтайских шаманов были лук и стрела, употреблявшиеся для оборонительных или гадательных церемоний. В мифологических категориях пространства корпус лука отождествлялся с нижним миром, во временной и социально-биологической символике - с периодом между закатом и восходом солнца, между рождением и смертью. Лук и стрела служили метафорой оплодотворенного природного чрева. (17, с.134). Шаман, вооруженный луком и стрелой олицетворял собой образ «небесного лучника», о чем свидетельствует обряд освящения нового лука. В процессе камлания шаман запускал в небо стрелы, одновременно «поднимался» на небо, преодолевая его слои (17, с. 135). В зависимости от практических нужд шамана различные значения приобретали его инструменты: бубен и колотушка. Они превращались в ездовое животное и плеть во время путешествия шамана, в лук и стрелу при борьбе шамана с его соперниками или злыми духами... (17, с. 194).

О магической роли стрелы мы находим сюжеты в эпосе тюркских и монгольских народов. Например:

  • герой наделяет волшебными качествами свою стрелу;
  • стрела изменяет свой вид со смертью владельца;
  • медная стрела, воткнутая в просвет между небом и землей, может удержать их от соединения;
  • в «Гесере» герой указывает стреле, куда лететь, в какое место поразить врага, повторяется заклинание стрелы героем (15, с. 74-74).

Другие предметы погребального инвентаря так же несут определенную идейную нагрузку. Так по народной примете монголов, лопатку нельзя есть без ножа, нельзя кусать зубами, потому, что эта кость связана с гаданием. Поэтому в погребении могильника Северный II на лопатке барана найден нож для жертвенной пищи, а второй нож относится уже, по-видимому, к вещам, принадлежавшим умершему. Символом огня в наборе погребального инвентаря служит кресало. По бурятскому преданию «небо дало частицу огня, вложив его в кремень, мудрый старик Сахяадай убегэн первым высек огнивом искру из кремня», и с тех пор люди стали поклонятся огню (8, с. 22). Камень и металл - две неразрывные детали обряда жертвоприношения огню. У забайкальских бурят при совершении такого обряда произносилось заклинание: «Хан богдо Заяши, мать твоя - камень, отец твой - закаленная сталь, накидка твоя - шкурка черного барашка» (8, с. 25). Возможно, в погребальных комплексах кресало служит знаком очищения земли огнем, как кусочки мела - символ очищения молоком.

Особая деталь обряда - кости свиньи - дикого кабана. В преданиях бурят сохранились смутные воспоминания, как о тотеме. Один из бурятских родов носил название «бодонгут» (бодон - дикий кабан, вепрь). Богодуны возможно являются потомками киданей, у которых был развит тотемный культ кабана. Кроме того, присутствие кабана замечено в шаманских обрядах. В качестве амулетов шамана служили фигурки кабана, медведя, собаки (8, с. 38,41).

Батыр-шаман (по страницам тюркско-монгольского героического эпоса).

Воинственный образ шамана близок образу героя богатырского эпического сказания. Батыр особенно в наиболее архаичных эпосах, одновременно с воинскими доблестями обладает магической силой и знаниями. Это - искусство превращений, которым он широко пользуется; посещение подземного мира и борьба с темными силами; вызывание нужных ему природных явлений (снег, солнце, тьма, вплоть до сведения солнца и луны с неба на луку седла); искусство завораживающего пения (15, с.53).

Не только внешняя обстановка поездки богатыря в подземный мир в ряде эпосов напоминает шамана, но иногда и сама натура богатыря похожа на шамана, т.е. он является волшебником. Столкновение героя с кем-либо не борьба, а состязание в чудотворстве. В ордынском фольклоре различаются два образа - шамана и богатыря-стрелка, причем в придании можно найти переходы от одного персонажа к другому (15, с.54). В героическом эпосе наряду с богатырем главный персонаж - его верный конь, который путешествует с батыром в пространстве и времени и так же наделен волшебными свойствами (7 с. 162).

Вполне объяснимы, причины появления таких колчанов именно в погребениях 13-14вв. Начало 13 века - время походов войск Чингис-хана в Среднюю Азию, Кавказ, Русь, Европу. Войска наследников рода Джучи состояли, как мы знаем, из разных этнических компонентов. Их основа - тюркские и монгольские племена. У завоевателей новых земель, близких по способу ведения хозяйства и, следовательно, по мировоззрению, должна была сформироваться общая идеология, оправдывающая завоевания и героизм воинов. Такая идея была сформулирована в героическом эпосе. Образы героев-воинов, ипостасью которых были шаманы-жрецы, старейшины должны были применяться в обыденной жизни. Народ должен была знать своих героев. Эти моменты нашли отражение в погребальном ритуале. Вспомним, что и в начальный период образования государства Золотая Орда основной формой религии было язычество. Шаманизм, как мы знаем, сохранялся в восточной империи монголов и в более позднее время господства ламаизма.

Что касается датировки комплексов с колчанами с костяными накладками, дату можно несколько расширить и удревнить до начала 13 века - время первых походов монголов на запад. Именно с этого времени на огромных степных пространствах юга Европы появляются вроде бы похожие по обряду и погребальному инвентарю на половецкие и в то же время иные погребения кочевников. Одной из таких черт является, например, каменные оградки вокруг погребений, или забутовка колодцев камнями, новые конструкции могильных ям и т.п. Встречаются новые типы предметов конской упряжи и вооружения. Все это следы проникновения с монгольским войском «восточных» этнических компонентов.

И, наконец, еще одно важное, на наш взгляд, замечание. У археологов, почему-то не принято выделять из общей массы захоронений, погребения жрецов, шаманов, служителей культа. Таких сопоставлений очень мало в археологической литературе. Но, в жизни, например, кочевников-язычников роль шамана-жреца была огромна и многопланова. Эти члены родовых, племенных объединений имели еще и определенный социальный статус, они резко выделялись среди общей массы общинников, не были похожи на остальных, обладали такими качествами и способностями, которых не имели прочие. Поэтому и погребальный обряд шаманов-жрецов должен был отличатся от того, по которому хоронили всех остальных общинников. Здесь невольно вспоминаешь о роли шамана, о его древнейших функциях не только жреца, но и старейшины, воина.

И о том, что образ шамана близок образу эпического богатыря, наделенного магическими способностями. Возможно, различие в наборах вооружения это как раз погребения людей с разным социальным статусом: шаманов-лучников и героев, вооруженных еще саблей и копьем. Следует заметить, что по своему социальному статусу шаман был исключен из процесса материального производства, трудовой деятельности. Он был не таким как все, иным среди сородичей. Поэтому, как подчеркивают этнографы, большая часть шаманов были изгоями и бедняками. Лишь некоторые из них относились к имущим классам общества (17, с. 112). Кроме того, в погребении в могильнике Северный-II умерший имел одну важную отличительную особенность - левая часть его костяка была лучше развита, чем правая, погребенный был левшой. В традиционном мировоззрении тюрок окружающее пространство делилось на правую и левую сторону. Правая сторона считалась мужской. Так, прежде всего, делилось пространство юрты, а потом и пространство мироздания. (19, с.61-67). «Инаковость» погребенного была в том, что он соединял в себе как бы мужское и женское начало. Эта неопределенность облика шамана подчеркивается и этнографическими материалами и проявляется, прежде всего, в костюме. «Перья и шкурки птиц, зооморфные украшения, подвески, изображения костей скелета, детали женского костюма... ставит его в один ряд с предком, божеством, зверем, птицей и человеком вообще» (17, с. 114).

Литература

1 Ларенок П. А. Отчет «Охранные археологические раскопки кургана № 1 могильника «Северный-II» в г. Таганроге Ростовской области в 2004 г.», архив РОМК.

2. Федоров-Давыдов Г. А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов, М. 1966.

3. Дремов И. И. Погребение война с джучидскими монетами. СА, № 4, 1985.

4. Кирпичников А. Н. Снаряжение всадника и верхового коня на Руси XI-XIII вв.// Свод археологических источников, вып. El-36, M 1973.

5. Степи Евразии в эпоху средневековья, М., 1981.

6. Соловьев А. И. Военное дело коренного населения Западной Сибири. Эпоха средневековья. Новосибирск, 1987.

7. Михайлов Т. М. Из истории бурятского шаманизма с древнейших времен до 18 века. // Новосибирск, 1980.

8. Галданова Г. Р., Доламаистские верования бурят // Новосибирск, 1987.

9. Греков Б., Якубовский А., Золотая Орда. М. 1938.

10. Малиновская Н. В. Колчаны 13-14 вв. с костяными орнаментированными обкладками на территории евразийских степей //, сб. Города Поволжья в средние века, М., 1974.

11. Худяков. Вооружение средневековых кочевников Южной Сибири и Центральной Азии. Новосибирск. 1986.

12. Рассадин В. И. Термины охоты и рыболовства в языке средневековых монголов // Средневековая культура монгольских народов, Новосибирск, 1992 г.

13. Закирова И. А. Косторезное дело Болгара// Город Болгар, очерки ремесленной деятельности. М, 1988.

14. Рыбаков Б. А. Космогоническая символика «чудских» шаманских бляшек и русских вышивок//, Фино-угры и славяне, Л. 1979,

15. Липец P. C. Образы батыра и его коня в тюрко-монгольском эпосе, М, 1984.

16. Павлинская Л. Р. Некоторые аспекты культурогенеза народов Сибири (по материалам шаманского костюма). // Евразия сквозь века, С-П, 2001.

17. Традиционное мировоззрение тюрков южной Сибири. Знак и ритуал. М, 1990.

18. Иванов С. В. Древние представления некоторых народов Сибири о слове, мысле и образе. // Страны и народы Востока, М., 1975, вып. 17, с. 122.

19. Традиционное мировоззрение тюрков южной Сибири. Пространство и время, вещный мир. М., Наука, 1988.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Боли в ногах причины и лечение почему болят стопы.


Пользовательского поиска