История и культура Ростовской области  

Федоров Димитрий Степанович

Люди донского искусства: Донские художники

Федоров Димитрий (Дмитрий) Степанович (1890 - 1963).

Уроженец кубанской станицы Кавказской (ныне город Кропоткин), в Ростове-на-Дону он поселился в 1911 году. Около трех лет Д. Федоров провел в классах Училища живописи, ваяния и зодчества в Москве и покинул его раньше срока из-за разногласий с преподавателем Н.А. Касаткиным. Твердо отстаивая в искусстве традиции передвижников, Касаткин не принимал в своем ученике модного тогда увлечения декоративностью. В собрании Ростовского областного музея изобразительных искусств есть характерная для того времени работа Федорова - "Стрекоза". Но лучше всего говорит о молодом Дмитрии Федорове его "Автопортрет", опубликованный в свое время в журнале "Солнце России". Изобразив себя небожителем, обитателем Олимпа, художник как бы заявлял о том, что никакие общественные проблемы его не трогают. В этом, естественно был юношеский перехлест, "эпатирование" публики.

В 1913 г. по воспоминаниям художника С.Г.Путкина-Алимова, встречался с Есениным и Маяковским, принимал участие в дружеском обсуждении проблем футуризма: "Твой футуризм - блажь, ерунда, - раскрасневшись, горячился Есенин. Федоров и я поддерживали Есенина. Устали спорить. Федоров примирительно сказал: "Ты, Володя, прочти что-либо свое - экспромт"…

Слева направо: Д. Федоров, Ф. Черноусенко, В. Шлепнев. Перед поездкой в Дагестан в 1924 году
Слева направо: Д. Федоров, Ф. Черноусенко, В. Шлепнев. Перед поездкой в Дагестан в 1924 году

Федоров был также близок окружению Максимилиана Волошина. Волошин 26 октября 1918 года пишет своему ростовскому знакомому Эммануилу Филипповичу Ципельзону: "Вероятно у Вас был мой друг (Ваш ростовский художник Дмитрий Степанович Фёдоров). Он хотел поговорить с Вами о моих лекциях в Ростове"…

Вернувшись на Дон, он участвует в весенних выставках Ростово-Нахичеванского общества изящных искусств, предлагая произведения, столь же далекие от жизни, как и "Автопортрет": "Царевна", "Грусть Орфея", "Восточный сон"… И всё-таки связь с действительностью неминуемо проявлялась в пейзажных зарисовках, сделанных в Москве ("Марьина роща", "Сокольники", "Останкино"), в Ростове ("Темерник", "Дом Мордовцева"), на Кавказе ("Алагирский пейзаж", "Баку", "Гудауты").

Жил в Ростове-на-Дону. Его работы выставлялись на выставках в 1917, 1918, 1925 гг. Д.Федоров нарисовал в 1921 г. серию графических портретов пролетарских поэтов. Иллюстрировал сборник "Революционный чтец-декламатор" (Ростов - на - Дону, 1922), в котором опубликованы стихотворения С.Есенина "В том краю, где желтая крапива…", "За темной прядью перелесиц…", "Товарищ" ("Он был сыном простого рабочего…"). Поэма "Товарищ" открывалась разделом "В огне и буре" с рисунком Д.С.Федорова.

В 1922 году, когда в Ростове была организована ретроспективная выставка произведений Д.Федорова, созданных за пятнадцать лет работы, критик А. Силин писал о художнике в статье, открывающей каталог: "Он истинный искатель, верящий только в себя… Ему светят не банальные парижские салоны и не мастерские модных скоропреходящих светил, а заложенные в глубине веков истоки искусства вечно рождающейся Азии. Древнерусская икона, персидская миниатюра, арабская декоративность, кавказская резьба - вот что Федоров полюбил и претворил в горниле своего творчества". Всё это верно, но узко профессиональные темы замкнули Федорова в узком мирке, из которого он вырвался в Дагестане…

Самые выдающиеся произведения связаны с поездкой на Кавказ 1924-1925. Эту поездку он совершил с двумя другими молодыми талантливыми художниками Федором Черноусенко и Василием Шлипневым.

Инициатором поездки, получившей название "научно-художественная экспедиция", был первый секретарь Юго-Восточного бюро ЦК РКП(б) Анастас Иванович Микоян, работавший тогда в Ростове. "Принимая во внимание, - говорилось в мандате, подписанным уполномоченным Народного комиссариата просвещения РСФСР, - серьёзность задач, стоящих перед экспедицией, обращаемся ко всем советским и общественным организациям Юго-Востока России и автономных республик с просьбой об оказании членам экспедиции всемерного содействия при передвижении". Основной задачей, поставленной перед художниками, было "изучение и отображение быта народностей Кавказа".

Неофициальным руководителем поездки стал Федор Матвеевич Черноусенко, сочетавший художественный талант с практической смекалкой. Дмитрий Федоров напротив слыл человеком не от мира сего…

Ранним утром восьмого августа, переночевав в последний раз на широких скамьях в одном из пустых классов женской гимназии, художники выехали из Буйнакска. В их распоряжении были два проводника и несколько неоседланных лошадей. Милиционер с винтовкой, приставленный местными властями для охраны экспедиции, вскоре куда-то исчез. А дорога становилась всё глуше и всё круче. Первый повстречавшийся аул был аул Кара-Чай. Художники устроились переночевать в чей-то богатой сакле, увешанной коврами, но тут же выяснилось, что с пропитанием пока проблема: никто ничего не продает. Обратились к седобородому старшине, предъявив ему мандат, предусмотрительно написанный на русском и арабском языках. Только тогда удалось достать несколько кусков сыра и немного буйволиного молока. С рассветом, более чем скромно подкрепившись, экспедиция отправилась дальше.

"Ехали всё вверх и вверх, - писал в Ростов Ф. Черноусенко. - Наконец, забрались в самую гущу облаков, таких густых, что впереди не было видно других лошадей. Продвигались шагом. Ветер свистел в ушах. Неприятная сырость пронизывает до костей даже в бурках. Всё на нас покрылось инием, как зимой, дыхание выходило паром. Усы и борода у меня тоже в инее. Проводники нас совершенно не понимают. Но вот добрались на высоту трех верст на вершине горы Гимры. Кругом - облака, внизу - облака; и больше ничего не видно. И начался спуск по узенькой тропинке гуськом над пропастью. Вдруг ветер разорвал толщу облаков, и о, ужас! - во мне всё обмерло. Мы находились над самой пропастью, и перед нами расстилалась поразительная, чарующая картина - панорама на далекие долины и горы, залитые заходящим солнцем. Я закричал товарищам. Я прямо свалился с лошади и прижался спиной к скале. Они тоже повскакивали с лошадей. Когда облака и туман совсем рассеялись, мы просто обезумили от страха и радости, от красоты божественного величия природы!"

Конечно, столь сильные эмоциональные впечатления, полученные друзьям живописцами, не могли тут же не стать эскизом к картине, зарисовкой, этюдом. К сожалению, судьба некоторых произведений, написанных тогда Дмитрием Федоровым и его товарищами в Дагестане, до сих пор не известна. Но основная часть созданного ими во время экспедиции 1924-1925 годов хранится в Ставропольском краеведческом музее изобразительных искусств, в художественном музее Дагестана и в краеведческом музее города Грозного.

Наиболее разнообразна по тематике коллекция в Ставрополье. Дмитрий Степанович Федоров представлен здесь картинами "Аул Гимры" (два варианта) и "Аул Чох". Среди произведений Ф. Ченоусенко в краевом музее - "Аул Кафыр-Кумух", "Дагестанский пейзаж", "Две женщины под навесом", "Мост через Аргун", "Верховье реки", "Пасека в Шатое". В Ставрополье же хранится пейзаж Василия Шлепнева "Аул Чох".

Аул Гимры. Дагестан. 1924 г. Д.С. Федоров
Аул Гимры. Дагестан. 1924 г. Д.С. Федоров

Сравнивая пейзажи Д. Федорова и В. Шлепнева с современной фотографией селения Чох, помещенной в книге В.И. Марковина "Дорогами и тропами Дагестана" убеждаешься, что оба художника проявили большую тонкость в воспроизведении поразительной красоты этого краешка дагестанской земли, где археология обнаружила стоянку древних её обитателей, живших в эпоку мезолита - среднего каменного века. "Материалы Чохской стоянки, - пишет В.И. Марковин, - дали первые факты для истории искусства Дагестана". Этот же автор, описывая в своей книги селение Чох, дает своеобразный комментарий к картинам Федорова и Шлепннева из ставропольского собрания, которых он, возможно, никогда не видел, - насколько близки ощущения историка и живописцев: "Серая многоэтажная громадина аула Чох. Светит луна. Бесконечно огромные тени падают в лощину. А потом сиреневая предрассветная мгла сменяет блеклые краски ночи. В прохладном воздухе чувствуется легкая горклость кизяка и тонкие струйки дыма поднимаются вверх…"

Карачаевская арба. Аул Карт-Джурт. Карачай. 1925 г. Д.С. Федоров
Карачаевская арба. Аул Карт-Джурт. Карачай. 1925 г. Д.С. Федоров

И старые горцы и юные горянки смотрят на нас сегодня с картин и рисунков трех донских художников, оставив такие заметы тех, теперь уже давних дней, которые никто, кроме них, уже не оставил бы для потомков. Даже известный художник Е.Е. Лансере, который путешествовал по Дагестану летом следующего 1925 года…

Солонка и ложки. Дагестан. 1924 г. Д.С. Федоров
Солонка и ложки. Дагестан. 1924 г. Д.С. Федоров

В результативности работы художников из Ростова был кровно заинтересован окружной музей по истории культуры и религии в Грозном, открывшийся в 7 ноября 1924 года.

Музей горских народов в Ростове был авторитетным научным учреждением в масштабах Северного Кавказа. В 1937 году Ростов перестал быть административным центром огромного края. Была создана Ростовская область, и Музей горских народов вскоре расформировали. Его фонды попалив молодые музеи Махачкалы и Грозного, в Ставрополь и поэтому, рассказывая о трех полузабытых ростовских художниках, мы упоминаем прежде всего те их произведения, которые хранятся в этих городах.

Федоров, вернувшись из экспедиции, продолжал работать в Ростове. Портреты, написанные в 30-е годы, убедительно говорят о плодотворном поиске. Около 30 работ Д. Федорова было представлено на первой Азово-Черноморской краевой художественной выставке живописи, скульптуры и графики в 1934 году. Судя по каталогу, уже тогда ряд работ художника был собственностью музеев: краеведческого (портрет композитора М. Ипполитова-Иванова) и горских народов (акварели "Девушки с кувшинами" и "Восточная песня", натюрморт). Для строившегося здания драматического театра имени Максима Горького Федоров написал портрет академика архитектуры Щуко, который проектировал театр. На той же выставке были портреты писательница М. Шагинян, альтиста Левкоева, жены художника… Местонахождение большинства работ Дмитрия Степановича сегодня неизвестно. Но о его творческих поисках в предвоенные годы можно судить по "Портрету сына" (1934). Внимательно рассматривая полотно, убеждаешься в правоте критика А. Силина, считавшего, что кроме всех иных влияний, Д. Федоров формировался под непосредственным влиянием древнего русского искусства.

В 1938 году Д.С. Федоров переехал на постоянное место жительства в Сухуми, а после войны поселился в Краснодаре, где и скончался в 1964 году в возрасте 74 лет. На Кубани его имя, к сожалению, так же мало известно, как и на Дону. А это несправедливо по отношению к нему и его товарищам, создавшим во время поездок по Дагестану и Чечне цикл произведений, запечатлевших эпоху и ставших её подлинно художественным документом.


Источники:

  1. 'Дон'. Сентябрь 1982
  2. С.И. Зинин. С.А. ЕСЕНИН И ЕГО ОКРУЖЕНИЕ. Биобиблиографический справочник. http://zinin-miresenina.narod.ru/f.html
  3. Леонид Санкин Максимилиан Волошин в Ростове-на-Дону. http://www.proza.ru/2013/01/10/761






Пользовательского поиска