История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Во имя Родины (Г. Проняев)

Наверное, воспоминания о самом тяжелом из военных лет связаны у вас с боями на Висле? - спрашиваю я Василия Петровича Мерчанского. Мне уже известно, что Звезду Героя Советского Союза он получил за бои у этой реки.

- Нет, - возражает Василий Петрович. - Там я был активным бойцом, знал что делать. А вот, когда на твоих глазах враги десятки людей бросают в колодец живыми, да людей еще знакомых, близких, а ты лежишь, цепенея от сознания того, что ничем не можешь помешать, вот это самое страшное и тяжелое.

Случилось это в Грудиновском сельсовете, Морозовского района. Три колодца набили немцы живыми людьми. Василий, чудом спасшийся от облавы, укрывшись в балке, своими глазами видел все. Но что он мог поделать?

- С того дня я стал другим, - говорит он. - Как вспомню, поднимается лютая ненависть к фашизму.

Ненависть к врагам, любовь к Родине привели юношу в ряды Советской Армии сразу же после освобождения Морозовска. В сентябре 1943 года командир орудия старший сержант Мерчанский отправился на передовую.

На фронте он дрался отчаянно, храбро. На его груди появились первые награды - медали "За боевые заслуги", "За отвагу", орден Красней Звезды.

Мать сообщила: под Курском убит отец. С еще большей яростью бил после этого молодой воин врага. Он сражался на земле Белоруссии, у подножия Карпат...

Но, конечно, бой на Висле ему особенно памятен.

... Советские войска, прорвав оборону гитлеровцев, устремились от Вислы к Кракову и Варшаве. В тылу их оказалась отрезанной группа немецко-фашистских войск. Для ликвидации ее наше командование оставило батальон пехоты и артиллерийскую батарею, в которой служил старшина Мерчанский.

Ранним утром следующего дня в польском селе, где стоял расчет Мерчанского, было туманно и тихо, как бывает тихо перед началом смертного боя. Из батальона прибежал связной, сообщил:

- Артиллеристы, готовьтесь! Немцы собираются вырваться из окружения.

- Пусть попробуют! - сказал командир орудия.

Мерчанскому готовиться было нечего. За своих шестерых подчиненных он был спокоен: каждый в расчете накрепко притерт к другому боевой верной дружбой. Сам командир, со свойственным бывалому солдату спокойствием, продумал все возможные варианты отражения атаки, попытался каким-то шестым чувством угадать, какие неожиданности могут подстерегать артиллеристов. По-хозяйски прикинул запас снарядов, потому что рассчитывать на подвоз было трудно. Снарядов оказалось сто восемьдесят пять. Не много, но и не мало.

Ждать атаки пришлось недолго. Девять танков, сопровождаемые двумя батальонами фашистской пехоты, двинулись на позиции двух орудий и батальона советских солдат.

Советские воины спокойно ждали. Расчет, врытое в землю и умело замаскированное орудие от дальнего огня фашистских танков не пострадали.

Орудие Мерчанского было первым на пути грохочущих "фердинандов" и "пантер". Молодой командир сразу понял, чего хотят гитлеровцы: они выбрали самое узкое, самое важное место обороны, намерены перекусить эту горловину зубами танков, расчленить боевые порядки батальона, а потом уничтожить роты поодиночке. Не выйдет!

Мерчанский стал к орудию. Пора открывать огонь.

Ужаленный прямым попаданием, один из танков сразу же завертелся на месте. Но остальные шли, приближались.

- За Родину! - сам себе громко командовал Мерчанский. - За Дон!..

Второй танк задымил и остановился как вкопанный. Третий!..

Атака гитлеровцев захлебнулась. Однако вскоре опять тяжело ударили орудия. Немцы все еще надеялись на свое численное превосходство. Они рвались вперед и гибли под артиллерийским и пулеметным огнем. Артиллеристы позабыли о времени. Все их существо было поглощено сражением, осуществлением задачи, поставленной солдатской совестью: выстоять!

Восемь раз ходили в атаку гитлеровцы, но так и не смогли одолеть "горловину" - мало укрепленный и узкий участок обороны.

В этом бою Василий Мерчанский лично подбил три танка, а весь расчет - пять машин. Огнем орудия было уничтожено около полутораста гитлеровцев...

- Страшно было? - спрашивают сейчас те, кто слушает его рассказ о былых днях.

- Если бы я один был, а то ведь с людьми... Впрочем, не помню. Некогда было думать об этом. У нас на другое память крепкая, - говорит в заключение начальник ОТК шахты № 5 треста Богураев-уголь Василий Петрович Мерчанский. - Не забудем, что наша победа куплена кровью советских людей.

Г. Проняев

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска