История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

О происшедших Козаках от Донцов


Сибирские

От сих-то Козаков произошли и прочие, как-то: первые - Сибирские, от 1579 году, от коих и доныне там имеются, как выше явствуется, зашедшие с Атаманом Ермаком Тимофеевым и там по нем оставшие, и грамотами Царскими на житье и Козаками Сибирскими причислены.

Яицкие

Затем Яицкие Козаки, ушедшие ж с Дону для промыслов своих с Атаманом своим Васильем Гугниным, на Яике быть стали и целое войско потом набрали себе. Чаятельно, что оные с Дону, из станицы Гугнинской вышли. Сие заставляет думать название оной, которое либо от станичного того городка прозвище себе получила, или городок оный, по нем, Гугнине, проименовавшись, остался.

Гребенские

От тех же Козаков, кои от поиска и поимки воеводы Мурашкина с Волги бежали на Куму и на Терек реки, оказались Гребенские Козаки и известны стали. Умножение ж их стало от времен первого бунтовства в Астрахани, когда Донской Козак Ивашка Заруцкой с бывшею женою двух известных Самозванцев Мариною, который хотел быть, по убийству последнего, чрез пасынка своего, сына Маринкина Ивашки, Московским Царем, с сообщниками своими, укрываючись от поисков за ним, прибежал в Астрахань, и Стрельцов тамошних и Козаков на свою сторону в мятежность и бунт в 1614 году привел, и Астраханского Воеводу Князя Ивана Хворостинина казнил, и в оном зимовал. А по возмущении города и по многом, учиненном в оном убийстве, насилии и хищении народа, как об оном Летопись о многих Российских мятежах пишет, так равно сему свидетельствует от Великого Государя, Царя Михайлы Феодоровича в 1614 году, апреля в 3 день, состоявшая грамота к зимовавшим в Казани с ратью Стольнику и Воеводам, ко Князю Юрью Яншичу Сулешеву да ко Князю Никите Петровичу Борятинскому о поиске и поимке сухопутно с конною ратью вора, возмутителя Ивашки Заруцкого и с ним ту известную Маринку с товарищами, ворами ж, Черкасами (Запорожцами) и Козаками, кои не только Астрахань, но и многие понизовые напольные города в возмущение привели, а судовою ратью для того ж к Астрахани следовать велено было Боярину и Воеводам, князю Ивану Никитичу Меньшему Одоевскому, да Окольничему Семену Васильевичу Головину, да Дьяку Василью Юдину, ушел. Когда предупредил вышеупомянутых посланных Воевод, по присланному уведомлению из Астрахани, Терской Воевода Петр Головин, присылкою от себя Казанца Хохлова с ратными людьми к Астрахани, от сих поисков и о восстании Астраханцев, сам Заруцкой с Маринкою и с сообщниками ж своими бежал на Яик, а прочие за Волгу, и там за Терком рекою в Гребнях, то есть в горах и ущельях, с такими же воровскими Гребенскими Козаками поселились, а потом от разбойника Андрюшки Килбака, затем от бежавших же с Дону в 1620-м и 1658-м для раскола, также от шайки разбойника Стеньки Разина от 1671-го, и от оставшей же артели разбойника ж, бывшего в 1687 году на Куме реке, потом близ Каспийского моря, на Есулаке, Костюка, и от бывших в 1698 годе, ушедших же бунтовщиков-Стрельцов, наконец, бежавших же для раскола ж с Дону Кумских Козаков (как-то: и из числа таковых же в Черкесах были, по объявлению тамошних, и жительство имели двумя деревнями, а именно: одна - в Большой Кабарде, при устье реки Газы, впадающей в реку Урюф, а оная втекает в Терек с левой его стороны, и назывались Кажаравцы; другая - в Малой Кабарде ж, в самом ущелье Татар Туповом, которое урочище состоит близ реки Терка, и ниже впадающей в оный речки Акс, с левой же ее стороны) первоначальное убежище, таковых беглецов было, по объявлению Гребенских старожилов, за Терком, в самой нынешней Кабарде и части Кумыцкого владения, в Гребнях, в урочищах: Голого Гребня, в ущелье Павловом, при Гребне и ущелье Кошлаковском и при Пимоновом Дубе. Оные урочища звания свои получили от начальников тех беглецов.

После того когда по частым на них от живущих близ их горских людей набегам чинились им беспокойства и ущерб людям и скоту, принуждены из тех мест выйти и поселились на сей стороне реки Терка ж тремя деревнями: Кордюкова, Гладкова и Щадрин, по прозваниям осадчиков своих. Потом, для лучшей безопасности своей, огородили и укрепили деревянными заплотами и именовать стали их городками.

По сем, когда их приумножилось, чрез вышеобъявленных прибегающих к ним людей, за утеснением к житию их жилищ, построили еще два городка - Новогладкой и Черленой, и с оного времени стало их пять станиц, и доныне находятся. Их на жалованье состоит 500 Козаков при одном Войсковом Атамане со Старшинами.

Во время первоначального поселения их они и в супружество себе посягали: совокуплялись так равно, как Донцы, с пленницами своими и с прочими приходящими и привозимыми ими от разных мест женщинами. И были, по объявлению Терских старожилов, столь же бесчеловечны в погублении сперва родившихся детей своих, как Донские и Яицкие Козаки, о коих последних Оренбургская Топография обстоятельно повествует. Наконец, принеся свою повинность, также в подданство отчизне своей пришли, как и первые. О сем обстоятельно описано в книге "Изъяснение о Кизлярской крепости", мною сочиненной в 1758 году, в главе 17, о начале нынешнего жительства Гребенских Козаков на Терке.

Некрасовские

Также от Донцов жившие на Кубани Некрасовские Козаки, по известном, бывшем на Дону возмущении и убийстве полковника князя Юрья Долгорукова Донским Старшиною Булавиным и по убийстве ж самого Булавина от казни равной, как и прочим, в оном возмущении сообщникам бывшим, главный сообщник того Булавина Игнатий Некрасов с товарищами своими Гаврюшкою Чернецом, Ивашкою Драным, Козьмою и Савельем Вориковыми, набравши с Дону воров и разграбя около Царицына, Дмитревска и Саратова, ушел с оными на Кубань, отдавшись в подданство Крымское в 1708 году, с которого времени там и находились по 1777 год. А в бытность свою там приумножили себя Козаками ж, такими ж ворами, каковы сами, ушедшими после того к ним с Дону ж, из Голубинской и Чирской, и прочих станиц, и из разных мест беглецами для раскола, и поселены первые были промеж Татарских городов Темрюка и Тамана, между морями

Азовским и Черным, при заливе от Черного моря, тремя городками или станицами, именуемыми: 1-я - Блудиловская, 2-я - Голубинская, 3-я - Чирянская, кои укреплены были, по их обычаю, малым земляным валом, имели в оных пушек 6 медных и одну чугунную, привезенную еще Игнатом Некрасовым с собою. А последние жили между станиц их слободами; они подчинены были от Хана Кубанскому Сераскиру. Из оных на конь садилось до 700 человек; они воевали обще с Кубанскими, Крымскими и Горскими Татарами противу неприятелей, даже и противу России, и в оную набеги делали, не щадя и своих Донских земляков. Ныне ж, в 1777 году, во время признанного бывшего Хана сына Кулги Султана Шагин Гирея на место отца, а потом бывшего на Ханстве ж его родного брата, который Турками в Царьград взят и заарестован, ханом, при доставлении его тем чрез Таманский остров в Крым и при занятии в то время всей Кубани и расположении по пограничной реке Кубани от того Таманского острова и до вершины ее Российскими войсками, Некрасовцы, оставя свое жилище, бежали от сих к Черкесам, а оттоль в 1778 году, как объявляется, в Анатолию под защиту Турецкую перешли.

Терские Семейные

Находящиеся же при Кизляре Терские Семейные Козаки также с Дону переведены, а именно: они по Указу Государя Императора Петра Великого в 1724 году переведены были на Сулак к крепости Честного Креста от Донского Войска для охранения от набегов воровских людей и для содержания тамошних околичных мест. Они были поселены: при реках Аграхане пятьсот да в гребнях на Сулаке пятьсот же, итого тысяча семей, где и жительствовали пятью городками; но по возвращении обратно Персии там всех Государем завоеванных от них мест и городов и по оставлении впусте крепости Святого Креста со всеми городками по Указу Государыни Императрицы Анны Иоанновны в 1735 году как весь гарнизон, так и жители и Козаки оные переведены и поселены на реке Терке, при Кизлярке речке, в крепости Кизлярской, а последние выше оной, по Терку ж реке, в 7 верстах тремя городками: первый - Бороздинский, другой - Дубовский, третий - Каргалинский. Оных состоит ныне только пятьсот при одном Войсковом Атамане со Старшинами.

Терские

А Древние Терские Козаки, жительствующие при самой Кизлярской крепости, коих состоит ныне только триста семей, имеют своих ротмистров 3, хорунжих 3 и писаря одного. Сии Козаки не из числа Донцов, но присланы с верховых Российских городов по Указам прежних Царей, как-то: еще от времени Царя Ивана Васильевича Второго, и поселены были при первом построенном Терском городе, при Терке, а потом при Терском редуте, что было при устье оной реки на взморье; оттоль же переселены в крепость Честного Креста, отколь уже переведены к оной Кизлярской крепости так, как и Терские Семейные. О коих вообще точнее описано в книге "Изъяснение о Кизлярской крепости".

Волжские

Волжские Козаки точно переведены, как выше сказано, в 1732 году, 1067 семей, из Донского Войска на Волгу для прикрытия там Российского селения от набегов Кубанских и Горских Татар и содержания ради Царицынской Линии, и поселены четырьмя городками, а именно: станичных три, первая - Балыклеевская, вторая - Караваевская, третья - Антиповская, а четвертый - их город войсковой Дубовка, состоящий выше Царицына в 60 верстах. В оном станиц три, именуемые: Дубовская, Средняя и Волжская; имеют Атамана своего и старшин. Ныне всех оных, от 1777 году, повелено перевесть на новоучреждаемую Линию от Моздока к Азову.

Моздокские

Из оного Волжского войска по Указу переведено в новопостроенную крепость Моздок, которая построена при Терке реке, выше станиц или городков Гребенских Козаков, против самой Кабарды, в 1770 году, 300 Козаков и учреждены для оного места полком при одном полковнике с принадлежащим числом старшин.

Все оные вышеписанные Козаки имеют сходный обычай, удальства, одежду и прочее с Донскими Козаками, кроме малой отмены в вольности, в промыслах и торговлях.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска