История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Родина старца Павла; его жизнь до подвижничества и после в Таганроге

Старец Павел Павлович Стожков был родом из дворян Черниговской губернии, Кролевецкого уезда, как значится из его билета, выданного ему из Кролевецкого земского суда 13-го февраля 1858 года за № 1402-М.

Родился он 8 ноября 1792 г. и при св. крещении наречено ему было имя Павел, в честь св. Павла исповедника (память его 6 ноября). Родители старца - Черниговские дворяне, коллежский регистратор Павел и Параскева Стожковы - были собственниками крестьян, которых у них было больше 800 душ.

Как свидетельствовал сам старец, родители его были богатые и, судя по тому времени, религиозные, они и заронили в сердце своего сына первые семена веры и благочестия.

О юных годах подвижника Павла мало сохранилось преданий, так как он пришел в Таганрог уже в совершенных летах, да и сам он редко вспоминал о своих родных и своей жизни в молодости. Так по крайней мере говорили жившие у него; но все-таки кое-что о его жизни в молодых летах передано людьми, имевшими с ним общение. Так, один хороший и верный благодетель старца, некий Антон Харитонович Мирошниченко, который часто его посещал, а нередко и жил у него, рассказывал, что старец много открывал ему тайного.

Однажды старец поведал о себе следующее: "Когда я был еще малым, то отец хотел учить меня высоким наукам, так как и брат мой, штабс-капитан Иван Павлович Стожков, был человек образованный, но я не захотел. Все мое желание от юности - было молиться Богу, а намерение - идти по святым местам; но отец мой противился этому и никак не хотел меня отпускать. Когда мне было 16 лет, то я украдкою оставил дом родителей и проходил по святым местам целый год, и когда воротился домой, то отец хорошо меня побил с наказом, чтобы я больше и думать не смел о страннической жизни и хождении по монастырям. Но сердце мое не могло успокоиться и согласиться жить тою жизнью, какая желалась отцу".

О матери своей старец не вспоминал: вероятно, в это время ее уже не было в живых. Еще рассказывал старец: "Когда я жил у отца (батька), то в одно время крестьяне распаяли громадный котел, и отец хотел наказать виновных розгами, но я со слезами стал умолять отца простить их и наказать меня вместо них - и по усиленной моей просьбе отец простил их, сказав: "Ради тебя я их прощаю".

Жил я в доме отца своего до 25 лет и не оставлял своего намерения уйти куда-нибудь ради спасения души своей, потому что окружающая меня жизнь, исполненная суеты мирской, казалось мне, много препятствовала моему святому желанию".

Старец, как видно, уклонялся от обычаев этой жизни; он жил верою и уже в это время положил начало своим подвигам ради спасения души. "По крайней мере, - говорил он, - отец недоволен был моим поведением и, не имея возможности повлиять на меня, чтобы я оставил свои мечты и думы, он взял и разделил меня со старшим братом. При разделе мне досталось много имущества, скота и овец; также несколько сот душ крестьян и деньгами я получил от отца 60000 рублей. Сделавшись самостоятельным хозяином, я прежде всего, по расположению своего сердца, отпустил на волю крепостных крестьян, а скот и все движимое имущество продал и раздал бедным, исполняя волю моего Господа и Спасителя (Лук. 18-22)".

Раздавши ради Христа свое имущество, старец ушел из дома родителя, взявши его благословение.

Куда же устремил он свои стопы? Как и в первый раз, когда юношей, убежав из дома, он проходил целый год по монастырям, так и теперь, освободившись от суеты мирской и от опеки отца, он исполнил свою заветную мечту и отправился по святым обителям. Исходил он много святых мест: был в Соловецком монастыре свв. Зосимы и Савватия и у преподобного Никодима Кожеозерского чудотворца, заходил на поклонение к праведному Артемию Веркольскому и другим св. угодникам Северной страны. Побывал и в Киево-Печерской лавре, ходил и к Почаевской Божией Матери. Проходя святые монастыри, старец Павел уделял и им от своих щедрот из полученного от отца наследства.

Неизвестно, воротился ли он на родину из путешествия своего по святым местам или нет, но можно предположить, что нет. Да и зачем ему было идти в те края, которые он оставил ради Христа?! С этого именно времени, когда ему было приблизительно лет 30-35, он поселяется в городе Таганроге, избрав его своею второю родиной. Это было приблизительно в 1825-30-х годах прошлого столетия.

Поселившись в Таганроге и забывши свое дворянское происхождение, старец Павел вел самый простой образ жизни, одевался в простую крестьянскую одежду и говорил простым (малороссийским) языком. Обладая от природы большой физической силой и здоровьем, он в первое время своей жизни в Таганроге занимался поденными работами, большею частью на хлебных ссыпках таганрогских купцов Солодовых и других господ.

Все работы он делал по совести, имея в душе своей всегда страх Божий, а когда услышит, бывало, первый благовест в службе церковной, то сейчас же оставляет работу, какая бы она ни была срочная, спешит в храм на службу. Так старец любил Бога и Его святой храм, который старался посещать неопустительно каждый день.

В особенности любил он посещать Успенский собор, в который много делал пожертвований. Жертвовал туда иконы, лампады, свечи, елей и проч. В соборе были серебряные лампады с надписью, что они пожертвованы старцем Павлом. Таких лампад всех 18: шесть в среднем пределе и двенадцать в боковых по правую и левую стороны.

Люди, знавшие старца, рассказывали, как они видели его всегда зажигавшим эти лампады; он всегда носил с собой в руках маленькую скамеечку, а на плечах беленькое полотенце, которым вытирал св. иконы; народ называл их иконами Павла Павловича.

Придя в город Таганрог, старец Павел жил на разных квартирах. Некоторое время жил он на Касперовке, а потом в крепости, затем около 20 лет на Банном спуске у одной вдовы Елены Никитишны Баевой; в последнее же время своей жизни он нанял себе квартиру на Депальдовском переулке у Ефима Смирнова, где жил долгое время до самой старости, там и скончался.

Это был отдельный домик за 75 рублей в год, здесь и жизнь свою он повел иначе: он стал принимать к себе в качестве послушников стариков и юношей, вдов и девиц и держал их очень строго, приучая к посту, молитве, воздержанию и всякой добродетели, своею собственной жизнью и примером научая их. Он ежедневно ходил в церковь, большей частью в Успенский собор, и выстаивал там все церковные службы.

В то время священнослужителями в соборе были протоиерей Иоанн Себов и диакон Курилов. Последний недолюбливал праведного старца и часто гнал его, но протоиерей Себов уважал старца, и Господь открыл ему видеть, какой чести и благодати от Бога удостоен был старец. "Однажды, - рассказывал протоиерей, - когда я вышел на литургии с великим входом, я в изумлении увидел старца Павла, стоявшего в светлом сияющем облачении, подобном архиерейскому; я в радости отблагодарил Господа, прославляющего преподобных Своих.

С того времени я еще больше стал уважать старца и приглашал его к себе в дом, и старец посещал меня". После о. Себова настоятельствовал в соборе протоиерей Федор Покровский, который также уважал старца и однажды посетил старца в его келий со своей женой. Старец Павел с честью принял его и подарил ему на память небольшую икону Божьей матери "Нечаянная радость", а жене его сказал: "На тоби, София, крест и просфору". И не без значения для нее оказался этот подарок старца. Дети у нее оказались такими своенравными, что целый век свой, по ее признанию, она несет от них крест, а по смерти мужа ей предоставили место в просфорне.

Эти свидетельства о старце Павле людей, близко знавших его и имевших с ним общение, особенно свидетельства лиц духовных, важны для нас в том отношении, что показывают, каким нравственным авторитетом и уважением пользовался старец Павел за свою истинно христианскую жизнь у современников без различия их звания и положения.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска