История и культура Ростовской области  

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Донские казаки в Отечественной войне 1812 г.

Начало XIX в. в жизни России отмечено событием, которое имело огромное значение для дальнейшей истории нашей страны. 12 июня 1812 г. огромная армия Наполеона перешла границу России. Наполеон вступил в Россию как завоеватель. Его армия, руководимая группой опытных и талантливых маршалов, стяжавшая в Европе славу непобедимой, обрушилась всей своей грозной силой на Россию. Наполеон рассчитывал, разгромив одним ударом русскую армию на границе, захватить Москву, а затем продиктовать свои условия мира.

Война против иноземных захватчиков была для России народной, отечественной войной. Страна грудью стала на защиту своей независимости. Народ знал, за что он сражается, и сознание правоты своей борьбы придало ему громадную силу.

В разгроме и изгнании наполеоновской армии из России принимали участие и донские казачьи полки. Защищая свое отечество, донские казаки бились с исключительным героизмом, что высоко оценил выдающийся русский полководец М. И. Кутузов.

К началу военных действий казачьи полки находились на пограничной службе в Финляндии, в Дунайской армии под командованием П. В. Чичагова, в I Западной армии под командованием Барклая-де-Толли, во II Западной армии под командованием П. И. Багратиона и III Западной армии под командованием А. П. Тормасова.

Под непосредственным командованием донского войскового атамана Матвея Платова на западной границе состояло 8 полков. Именно этим полкам и пришлось выполнить трудную и ответственную задачу на первом этапе войны - вести арьергардные бои с противником, изматывать его силы, прикрывая отход II армии.

22 июня командующий армией Багратион писал Платову: «Я вас прошу занимать неприятеля, обеспокоивая его отовсюду до того времени, когда я в состоянии буду, подкрепляя вас, обеспечить соединение ваше и мое с I армией» (Документ не публикуется (ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 26, л. 29)). И, выполняя предписания Багратиона, казачьи полки не только вели бои с наступающим противником, но и совершали лихие кавалерийские рейды, набеги на тылы и фланги врага, удачно производили разведку.

Используя способность конницы быстро маневрировать, отряды донских казаков действовали искусно, неожиданно нападая, навязывая противнику сражение с целью измотать его силы, мешая вести перестрелку, бросались дружно в дротики и часто одерживали победу.

Публикуемые документы рассказывают о беззаветной отваге командиров и рядовой массы донских казаков, проявленной ими в боях у местечек Мир, Романове, Молево Болото и др. (документы №№ 1-2). Ведя непрерывные арьергардные бои в начале войны, казачьи части двигались вслед за II армией, делая не менее 50 верст за переход.

22 июля I и II армии соединились под Смоленском, разрушив план Наполеона разбить их поодиночке. В связи с решением военного совета: дать бой под Смоленском казаки Платова были переведены в авангард объединенных армий и 27 июля участвовали в разгроме крупного отряда под командой Монбрюна и Себастиани у местечка Молево Болотов. Как сообщал Платов, неприятель был храбростью российских войск совершенно опрокинут и преследовав с большим поражением, потеряв половину кавалерийского корпуса, в том числе пленными - более 300 человек (документ № 2).

М. И. Кутузов, назначенный главнокомандующим русскими армиями, принял решение остановить наступление наполеоновской армии, дав ей генеральное сражение, а затем подготовить силы и перейти в контрнаступление.

Как известно, местом генерального сражения стало Бородино.

Здесь с особой полнотой раскрылась сила армии, знавшей, за что она борется. Это сражение нанесло наполеоновскому войску смертельную рану.

О подробностях боя Кутузов сообщает в своем донесении Александру I, отмечая: «Сей день пребудет вечным памятником мужества и отличной храбрости российских войск». (ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3561, л. 58). Донские казачьи полки во время Бородинского сражения принимали участие в известном кавалерийском рейде на левый фланг наполеоновских войск, который помог Кутузову выиграть время для перегруппировки сил (документы №№ 4, 5). Несмотря на успешный исход сражения при Бородино, Кутузов отвел войска и не стал давать сражения под Москвой, так как видел, что армия нуждается в подкреплении. Через несколько дней он писал Александру I: «Вступление неприятеля в Москву не есть еще покорение России. Теперь, в недалеком расстоянии от Москвы, собрав мои войска, твердою ногою могу ожидать неприятеля, и, пока армия... цела и движима известною храбростию и нашим усердием, дотоле еше возвратная потеря Москвы не есть потеря отечества» (М. И. Кутузов. Сб. документов, т. 1, ч. 1, М., 1954, стр. 233-234.).

При подготовке контрнаступления Кутузов уделял главное внимание укреплению личного состава, пополнению армии, формированию отрядов ополчения, подготовке партизанских отрядов.

На Дону в ополчение шли отслужившие срок службы казаки, так называемые отставные казаки. По распоряжению Кутузова они спешно готовились к походу (Царское правительство, опасаясь вооружать крестьян, не разрешило формировать крестьянское ополчение в Донской области). Трудно было собраться в ополчение казаку: он обязан был вести с собой двух лошадей, иметь полное обмундирование и вооружение. Частных пожертвований и денег, отпускавшихся войсковой канцелярией, было недостаточно. И хотя многие казаки-добровольцы из-за бедности не смогли поступить в ополчение, удалось сформировать 24 полка, из которых 22 состояли, в основном, из добровольцев.

В конце сентября и начале октября это новое казачье пополнение прибыло к Главной армии. В каждом полку состояло по 16 офицеров, 10 урядников и 550 казаков. Прибывшие полки получили назначение в различные части армии. Пять из них участвовало в Тарутинском сражении (документы №№ 9 и 12), которое принято считать началом контрнаступления русской армии. За героизм, проявленный при этом, 158 казаков получили боевые награды. Накануне Тарутинского сражения отряд Орлова-Денисова успешно провел бой на р. Чернишне, после которого, как говорят документы, противник долго не державшись, предпринял ретираду, которая скоро потом сделалась бегством (документ № 9).

Принудив Наполеона покинуть Москву и отступить по Смоленской дороге, Кутузов поручил казачьему корпусу Платова преследование противника с опережением и ударом в головы колонн и фланги, чтобы создать для него крайнее положение, лишив большой части артиллерии и обозов (Документ не публикуется (ГАРО, ф. 46, oп. 3, д. 18, л. 8). См. также документы №№ 10 и 11). Большую роль в разгроме отступавших наполеоновских полчищ сыграли действия корпуса Платова в сражениях за Малоярославец, у Дорогобужа, Смоленска, под Красным (документы №№ 12-15).

Не раз в рапортах Платова отмечаются стремительные удары казаков, преследование по пятам и сильное поражение неприятеля.

Казачьи полки активно участвовали и в так называемой малой войне. Кутузов сумел с большим успехом использовать особенности казачьей легкой кавалерии. В конце сентября совместно с другими частями и с крестьянскими партизанскими отрядами уже действовало до 36 донских казачьих полков. Они находились в отрядах прославленных партизанских командиров Давыдова, Сеславина, Фигнера (документы №№ 6-8).

Последнее крупное поражение было нанесено Наполеону в сражении на Березине, после которого, как известно, большая армия перестала существовать. В своем рапорте об участии донских казаков в боях у Березины Платов указывал: «Переправа чрез р. Березину 16 числа сего месяца стоила неприятелю много более 10 тыс. человек, потому что он сильно теснен был с трех сторон: от армии Чичагова, от корпуса Витгенштейна и от меня» (Документ не публикуется (ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 101, л. 37)).

Боевые заслуги донских казаков неоднократно отмечал М. И. Кутузов. В своих приказах и письмах донские полки Власова 3-го, Грекова 18-го, Иловайского 11-го и др. были награждены Георгиевскими знаменами, свыше 3 тыс. казаков - знаками отличия (ЦГВИА, ф. 29, оп. 153, лл. 162а и 32), сотни офицеров - орденами и именным оружием. Отдельные их подвиги отражены в публикуемых документах.

В декабре 1812 г., через 5 месяцев героической борьбы, главнокомандующий русской армией М. И. Кутузов с великой гордостью за свою страну, ее народ возвестил всему миру, что война закончилась за полным истреблением неприятеля.

Войско и народ, сплоченные горячей любовью к Родине и ненавистью к врагу, одержали блестящую победу над армией, внушавшей ужас всей Европе. Наполеон был разбит.

Лишь жалким остаткам великой армии удалось спастись от гнева народного и бежать через границу, оставляя за собой сотни тысяч трупов, оружие, боеприпасы и обозы с награбленным добром. Неприятель был изгнан тем же самым путем, которым пришел. Донские казаки после этого вместе со всей армией принимали участие в заграничном походе 1813-1814 гг.

АРЬЕРГАРДНЫЕ БОИ

№№ 1-2. РАПОРТЫ М. ПЛАТОВА О ПОБЕДАХ ПРИ МЕСТЕЧКАХ МИР И МОЛЕВО БОЛОТО

№ 1

Близ Мира на песку

28 июня 1812 г.

П. И. Багратиону

Поздравляю ваше сиятельство с победою, и с победою редкою над кавалериею. Что донес вам князь Меньшиков (С Меньшиковым Платов доносил, что ведет бой с авангардом под командой генералов Турно и Радзиминского, перестрелки с неприятелем не вели, а бросились дружно в дротики и тем скоро опрокинули, не дав им поддержатъся стрельбою. В этом бою казаки взяли в плен 21 офицера и 191 солдата), то было только началом: после того сильное сражение продолжалось часа четыре, грудь на грудь, так что я приказал придвинуть гусар, драгун и егерей.

Генерал-майор Кутейников подоспел с бригадою и ударил с правого фланга моего на неприятеля так, что из 6 полков неприятельских едва ли останется одна душа или, быть может, несколько спасется.

Я вашему сиятельству; описать всего не могу, устал и, на песке лежачий, пишу. Донесу, соображаясь засим, но уверяю, будьте о моем корпусе покойны. У нас урон невелик по сему редкому делу, так что дрались грудь в грудь.

Генерал-майор Иловайский 5-й получил 2 раны - сабельную в плечо легко и в правую ногу пулей, но он кончил свое дело. Генерал-майор и генерал-адьютант Васильчиков отлично в моем виде и с первыми эскадронами ударил в лицо неприятеля и во все время удивительно храбро сражался. О коем как пред богом, так и пред начальством я должен отдать мою справедливость. Полковник адьютант его высочества великого князя Шперберг был при мне, и много, много помогал и способствовал в сей победе.

ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 100, л. 44.

№ 2

27 июля 1812 г.

Главнокомандующему I Западною армией генералу Барклаю-де-Толли

Сего числа в 4 часа пополуночи находящийся в авангарде моем генерал-майор Денисов 7-й донес мне, что неприятель в 9 полках кавалерии и одном пехотном следует от деревни Лешни по дороге, где я находился, впереди деревни Зарубенки. (Почему приказал я ему, Денисову, неприятельский авангард, в 4 кавалерийских полках бывший, удерживать, а сам с находящимися при мне полками и 12 орудиями донской конной артиллерии двинулся поспешно вперед и, сближаясь к неприятелю при деревне Молево Болото, где он со мной повстречался, приказал помянутому генерал-майору Денисову с полками имени его и подполковника Мельникова 3-го, прибавя к ним бригаду генерал-майора Иловайского 5-го, в 2 полках состоящую под командою подполковника Грекова 18-го и 200 человек башкир при адьютанте моем поручике Жилине, ударить на неприятельский авангард, который храбростью оных полков был в лазах моих опрокинут и преследуем поражением до 2 верст до остававшихся в подкрепление оному авангарду еще 5 неприятельских кавалерийских толков и одного пехотного. Тогда неприятель сильно стал наступать на мой авангард, за которым вслед шел я не более версты с оставшимися при мне полками и, увидя сильное неприятельское наступление, пустил с правого фланга моего в его левый полки: весь Атаманский, Харитонова 7-го и Симферопольский татарский под командою генерал-майора Кутейникова 2-го, который только что освободился в течение месяца от полученной им в сражении при местечке Мире в правую руку саблею раны; сам я с донской конной артиллерией и находящимся при мне конвоем в центре, где способствовал мне генерал-майор Иловайский 5-й, также освобождающийся только от полученной им в сражении при Мире в правую ногу пулею раны. Тут вышло упорное сражение, продолжавшееся более часу, так что неприятельский кавалерийский полк под командою полковника с подкреплением батальона пехоты их сражался против картечных выстрелов наших и даже приближался к пушкам не более как на 60 саженей, кои были в опасности, чему доказательством служит то, что артиллеристы и артиллерийские лошади были ранены неприятельскими пулями, а особливо, если бы не подоспели два казачьих полка Мельникова 3-го на пехоту, а Харитонова 7-го на кавалерию во фланг неприятеля, где отличившийся во многих случаях неустрашимой храбростью подполковник Мельников 3-й, к сожалению, убит, но полк имени его не остановился; Харитонов же остановил поражением оный кавалерийский полк, и командовавший им полковник с некоторыми подчиненными своими взят в плен..

Тогда с нашей стороны со всех пунктов сделана на неприятеля сильная атака, простиравшаяся с фланга на фланг не менее полуторы версты, и неприятель с божьей помощью храбростью российских войск совершенно опрокинут и преследован с большим поражением на 2-верстное расстояние. А между тем по данному от меня известию подоспел ко мне в сикурс находившийся не в близком от меня расстоянии генерал-майор граф фон дер Пален с тремя гусарскими полками: Изюмским, Сумским и Мариупольским, которому препоручил я дальнейшее преследование и поражение неприятеля, а сам по нездоровью моему остался на месте...

Неприятель потерял большое количество - ежели не больше, то по крайней мере половину кавалерийского корпуса его, из пехотного же полка осталось не более 100 человек, и те спаслись кустарниками. В плен взято: полковник полка конно-егерекого, подполковник гусарский майор один, обер-офицеров 7. Разных полков унтер-офицеров и рядовых еще не сочтено, но полагательно, что будет более 300 человек.

Неприятель пардона не просил, а войска российские его императорского величества, быв разъярены, кололи и били его.

Командирами были неприятельского войска сего генералы Монбрюн и Себастиани. С нашей стороны, по милости божеской, убитыми урон невелик, а более ранеными, о которых долг имею донести вашему высокопревосходительству, как и об отличившихся, подробно особым рапортом моим.

Сейчас получил я повеление вашего высокопревосходительства, чтобы возвратиться мне на первый мой лагерь и, остановясь там, дождаться присоединения авангарда II Западной армии, а потом принять следование направо к Холму на Пореченскую дорогу, что мною и будет исполнено.

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д.16, лл. 1 и 5

Предписание Багратиона Платову от 1 июля 1812 г. Автограф
Предписание Багратиона Платову от 1 июля 1812 г. Автограф

№ 3. РАПОРТ М. ПЛАТОВА М. Б. БАРКЛАЮ-ДЕ-ТОЛЛИ О БОЕВОМ СОСТАВЕ КАЗАЧЬИХ ПОЛКОВ

На марше

10 августа 1812 г.

Главнокомандующему I Западной армией

Во исполнение повеления вашего высокопревосходительства с № 670, сейчас мною полученного, доношу, что полки казачьи корпуса моего находятся теперь с генерал-майором Иловайским 4-м в отряде генерал-адъютанта Винценгероде- три (его имени, Иловайского 12-го и Ставропольский калмыцкий), с генерал-майором Красновым для прикрытия обозов по Духовщинской дороге - три (его имени Перекопский конно-татарский и 1-й тептярский); со мною теперь находятся восемь (Атаманский, Иловайского 5-го, Денисова 7-го, Власова 3-го, Грекова 18-го, Харитонова 7-го, Жирова и Симферопольский конно-татарский).

Но долгом поставляю доложить вашему высокопревосходительству, что в полках сих, за исключением убитых и раненых разновременно, больных и находящихся в разных откомандировках и при вьюках, состоит теперь не более как по 300 человек, а в Атаманском - не более 700. Только теперь, по уведомлению ко мне начальника Главного штаба генерал-майора Ермолова, требуется еще три полка на правый берег р. Днепра, где уже находятся, как я слышал, II Западная армия близ Дорогобужа, при которой есть казачьи полки, кроме того, что последовал туда же пред сим с тремя полками и генерал-майор Карпов.

Я покорнейше прошу вашего высокопревосходительства приказать отрывать от меня сих требуемых 3 полков, ибо теперь открываются же по выходе из лесистых мест чистые поля, где надобно действовать противу наступающей под начальством Мррата во многом числе кавалерии.

ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 98, лл. 30, 49

БОРОДИНСКОЕ СРАЖЕНИЕ

№ 4 РАПОРТ М. И. КУТУЗОВА АЛЕКСАНДРУ I

Позиция при Бородине 27 августа 1812 г.

После донесения моего о том, что неприятель 24-го числа производил атаку важными силами на левой фланг нашей армии, 25-е число прошло в том, что он не занимался важными предприятиями, со вчерашнего числа, пользуясь туманом, в 4 часа с рассветом направил все свои силы на левой фланг нашей армии. Сражение было общее и продолжалось до самой ночи. Потеря с обеих сторон велика: урон неприятельский, судя по упорным его атакам на нашу укрепленную позицию, должен весьма наш превосходить. Войски вашего императорского величества сражались с неимоверною храбростию. Батареи переходили из рук в руки, и кончилось тем, что неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли с превосходными своими силами.

Ваше императорское величество изволите согласиться, что после кровопролитнейшего и 15 часов продолжавшегося сражения наша и неприятельская армии ее могли не расстроиться и за потерею сей день сделанною, позиция, прежде занимаемая, естественно, стала обширнее и войскам невместною, а потому, когда дело идет не о славах выигранных только баталий, но вся цель будучи устремлена на истребление французской армии, ночевав на месте сражения, я взял намерение отступить 6 верст, что будет за Можайском, и, собрав расстроенные баталией войска, освежа мою артиллерию и укрепив себя ополчением Московским, в теплом уповании на помощь всевышнего и на оказанную неимоверную храбрость наших войск увижу я, что могу предпринять противу неприятеля.

К сожалению, князь Петр Иванович Багратион ранен пулею в левую ногу. Генерал-лейтенант Тучков, князь Горчаков, генерал-майоры Бахметьевы, граф Воронцов, Кретов ранены. У неприятеля взяты пленные, и пушки, и один бригадной генерал; теперь ночь, и не могу еще разобраться, есть ли с нашей стороны таковая потеря.

Генерал-от-инфантерии князь Голенищ ев-Кутузов

ЦГИАЛ, ф. 1409, оп. 1, д. 710, ч. 1, лл. 228-229. Печатается по тексту, опубликованному в сб. М. И. Кутузов, т. 4, М., 1954, стр. 154-155.

№ 5 РАПОРТ М. ПЛАТОВА М. И. КУТУЗОВУ

Получив 25-го числа прошлого августа месяца ввечеру приказание вашей светлости, отправился я на правый фланг I армии, располагавшейся в боевой порядок у селения Бородина, и сделав в ночь распоряжение казачьими полками, находившимися под командою генерал-майора Иловайского 5-го, отправил вправо верст за 15 отряд под командой полковника Балабина 2-го из пяти сотен полка Атаманского для наблюдения за неприятельским движением, дабы он не мог зайти за фланг наш. Подполковнику Власову 3-му с полком его имени приказал, имея наблюдение за неприятельским движением, связываться постами с полковником Балабиным и в случае надобности подкреплять оного Балабина.

Сам с полками Иловайского 5-го, Грекова 18-го, Харитонова 7-го, Денисова 7-го, Жарова, частью полка Атаманского и Симферопольским конно-татарским в 7 часов утра 26-го числа выступил из лагерного расположения и следовал на левый фланг неприятельской армии, и, пока прибыл в подкрепление ко мне кавалерийский корпус под командою генерал-лейтенанта Уварова, действовал я наступательно на неприятельскую кавалерию и пехоту, в лесу бывшую, неоднократными ударами в дротики опрокидывая его кавалерию с поражением и взятием до 200 в плен конных и пехотных стрелков.

По прибытии вышеупомянутого кавалерийского корпуса под командою генерал-лейтенанта Уварова повел атаку на неприятельский левый фланг, состоявший направо селения Бородина, и, потеснив неприятеля, заставил имевшимися у него, Уварова, пушками неприятельскую батарею, у самого леса бывшую, действующую на корпус, замолчать; то я вместе с тем приказал вышепомянутым донским полкам, присоединив и полк Власова, приняв направо, частью во фланг, а частью и в тыл, за помянутый лес, и сделать стремительный в дротики удар на неприятеля. Неприятель, за лесом находившийся, был опрокинут стремительным ударом тех полков с сильным поражением, оставив на месте убитыми немало. В плен взято во все поражения более 250 человек разных чинов, которые тогда же и отправлены в Главное дежурство I Западной армии. После сильных поражений сих неприятель хотя и делал наступление, но был прогоняем неоднократно с поражением до самой ночи.

Полковник Балабан, находясь с фланга даже частью и в тылу, тревожил неприятеля и поражал довольно, доставил пленных уже на другой день по присоединению ко мне...

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 28, лл. 1-3.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ КАЗАКОВ С ПАРТИЗАНАМИ

№ 6. РАПОРТ ГЕНЕРАЛА Е. И. ВЛАСТОВА ГЕНЕРАЛУ П. X. ВИНТГЕНШТЕЙНУ О ХРАБРОСТИ КАЗАКА ГРУШИНА

21 сентября 1812 г.

Стоявший на залоге в деревне Жарцах войска Донского казачьего подполковника Ипатова 4-го толка казак Лав Грушин, взявший охотно командовать тамошними жителями - русскими мужиками и распоряжаясь оными, храбро споспешествовал к отражению неприятеля от той деревни, каковую предприимчивость к неустрашимости означенного казака я за долг поставляю вашему сиятельству рекомендовать и позорнейше прошу не оставить сего без вознаграждения.

Генерал-майор Властов

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3514, л. 320, Печатается по тексту, опубликованному в сб. Из боевого прошлого русской армии, М., Воениздат, 1947, стр. 164.

№ 7. ИЗ ЖУРНАЛА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ ГЛАВНОЙ КВАРТИРЫ ФЕЛЬДМАРШАЛА М. И. КУТУЗОВА

28 сентября 1812 г.

Полковник князь Кудашев рапортует, что, узнав, что неприятель находится в селе Никольском в числе 2 500 человек, напал на них с 300 казаками; атака была стремительна, и поражение неприятеля конечное, ибо он, невзирая на великое превосходство свое, был обращен в бегство, причем убит французский генерал Бовье, коего лошадь досталась в добычу казакам; в некотором от места сражения расстоянии неприятель, собрав расстроенные силы свои, ожидал вновь нашей атаки, которая была столь же, как и первая, стремительна и удачна.

Князь Кудашев, отдавая должную похвалу подполковнику Харитонову, есаулу Пантелееву, сотнику Платову и хорунжему Басову, доносит в заключение, что неприятель оставил на месте сражений убитых 100, а пленных 200 человек, причем много кирасир потом перешел на Калужскую дорогу, а князь Кудашев взял направление на Серпуховскую дорогу для дальнейших действий (14 октября Кудашев доносил, что атакою на обоз неприятеля, двигавшийся по Боровской дороге, захватил 100 фургонов и повозок с провиантом, с разным экипажем, побив 250 стрелков. В этот же день, действуя против 3-го корпуса, отряд Кудашева задержал движение неприятеля, взял в плен 400 человек, множество лошадей и экипажей.

Другой отряд под командой генерал-адъютанта Орлова-Денисова совместно с партизанами Сеславина, Фигнера и Давыдова атаковал неприятеля в с. Ляхово, по некотором сопротивлении принудили неприятеля положить ружье; в плен был взят бригадный генерал Ожеро, 60 штаб- и обер-офицеров и 2 тыс. рядовых (Фельдмаршал Кутузов Сб. Документов. М., 1947, стр. 182-183)).

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3484, лл. 8 об-9 об., 11 об.-12. Печатается по тексту, опубликованному в сб. Из боевого прошлого русской армии. М., Воениздат, 1947, стр. 166

№ 8. ПРЕДПИСАНИЕ М. И. КУТУЗОВА НАЧАЛЬНИКУ ПАРТИЗАНСКОГО ОТРЯДА ГВАРДИИ КАПИТАНУ А. СЕСЛАВИНУ

30 сентября 1812 г.

Командируетесь, ваше, высокоблагородие, с партиею, состоящею из 250 донских казаков войскового старшины Гревцова и 1-го эскадрона Сумского гусарското полка в направлении по дороге от Боровска к Москве, причем имеете в виду действовать более на фланг и тыл неприятельской амии. Неподалеку от вас действует артиллерии капитан Фигнер с особым отрядом, с коим можете быть в ближайшем сношении.

Отобранным от неприятеля оружием вооружить крестьян, отчего ваш отряд весьма усилиться может. Пленных доставлять сколько можно поспешнее, давая им прикрытие регулярных войск и употребляя к ним вдобавок мужиков, вооруженных вилами или дубинами. Мужиков ободрять подвигами, которые оказали они в других местах, наиболее в Боровском Уезде.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3521, л. 13. Печатается по тексту, опубликованному в сб М. И. Кутузов, т. 4, М., 1954, стр. 406

УЧАСТИЕ В КОНТРНАСТУПЛЕНИИ РУССКОЙ АРМИИ

№ 9. ИЗ ЖУРНАЛА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ. ОПИСАНИЕ ТАРУТИНСКОГО БОЯ

с. Леташевка, 5-8 октября 1812 г.

... Открыв партизанами нашими, что корпус армии под командою короля неаполитанского тысячах в 50 от прочих неприятельских войск был в таком расположении в позиции при речке Чернишне, что можно было на оный сделать удобный поиск; 5-го числа октября в 7 часов пополудни армия наша из позиции три Тарутине разными колоннами выступила к Наре, и в полночь правый фланг, состоявший из 10 казачьих полков и 20-го егерского полка под командою графа Орлова-Денисова, с подкреплением 3 легких гвардейских конных и одного драгунского полков, 2-го, 3-го и 4-го пехотных корпусов; все сие под начальством генерала от кавалерии барона Беннигсена перешли Нару, между тем как остальная часть затем армии последовала его движению, вперед по Большой дороге. Еще до света войска 2-го, 3-го и 4-го пехотных корпусов и вышеоказанная конница в совершенном порядке и тишине достигли, назначенных им пунктов, а на рассвете, с таковым же порядком прошед лес, устремились на неприятеля. Казаки под командою графа Орлова-Денисова, бывшие справа, даже в тылу неприятельского крыла, подкрепляемые кавалериею под командою генерал-адъютанта барона Меллера-Закомельского, 2-го, 3-го и 4-го корпусов, ударили столь быстро на беспечного неприятеля, что он, долго не державшись, предпринял ретираду, которая скоро потом сделалась бегством. Легкие наши войска с артиллериею, подкрепляемые конницею и пехотою, преследовали отступающего в большом беспорядке неприятеля за с. Вороново. Потеря его в сей день состоит до 2 тыс. человек пленными, до 2 500 на месте оставленными, в том числе командовавший гвардиею короля неаполитанского генерал Дери, одного почетного штандарта 1-го кирасирского полка, 38 орудий, 40 зарядных ящиков, всего обоза, между коим находится весь обоз короля неаполитанского; наша же потеря не превышает 300 человек убитыми и ранеными, но чувствительна смертиею храброго и достойного генерал-лейтенанта Баговута, убитого с начала действия ядром, когда обходил он левый неприятельский фланг. Генерал от кавалерии барон Беннигсен получил также контузию ядром в ногу, но столь неопасную, что сие не помешало ему быть до конца дела и в преследовании неприятеля.

Печатается по тексту, опубликованному в сб. М. И. Кутузов, т. IV, ч. II, М., 1954, стр. 204-206.

№№ 10-11 ПРЕДПИСАНИЯ М. И. КУТУЗОВА. М. ПЛАТОВУ

№ 10

с. Леташевка, 11 октября 1812 г.

Господину генералу-от-кавалерии Платову.

Не медля нимало, имеете ваше высокопревосходительство выступить со всеми казачьими полками и ротою конной артиллерии, исключая тех полков, которые в авангарде генерала Милорадовича находятся, и следовать на Боровскую дорогу к г. Малоярославцу, откуда тотчас послать отряд к г. Боровску. Сим движением прикроете вы первоначально Калугскую или Боровскую дрогу, по коей неприятель в силах показался, на которую и вся армия наша сделает движение.

Полковнику Ефремову с 3 казачьими полками прикажите форсированным маршем идти к вам на соединение, равно и другим, вновь еще не прибывшим полкам.

Двум полкам же, находящимся в корпусе генерала-от-инфантерии Дохтурова, приказано будет идти к вам же на соединение.

Князь Г.-Кутузов

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 18, л. 4

№ 11

с. Кременское, 18 октября 1812 г.

Господину генералу-от-кавалерии и кавалеру Платову

При нынешних обстоятельствах мне непременно нужно, чтоб ваше высокопревосходительство доставляли как можно чаще сведения о неприятеле, ибо, не имея скорых и верных известий, армия сделала один марш совсем не в том направлении, как бы ей надлежало, отчего весьма вредные следствия произойти могут.

Я надеюсь, что сей отступный марш неприятелю сделается пагубным и что вы наиболее тому способствовать можете, почему вы не оставите почитать главным предметом разрушение переправ, через которые неприятель идти должен, для чего отделите надежную партию, которая бы, стараясь упреждать неприятеля полумаршем, могла бы сим способом останавливать его марш. Избрав исправный казачий полк, ваше высокопревосходительство, ему предпишите явиться в Главную квартиру и состоять впредь при оной.

Генерал-фельдмаршал князь Г.-Кутузов

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 18, л. 7

Предписание Кутузова Платову от 16 октября 1812 г. Автограф
Предписание Кутузова Платову от 16 октября 1812 г. Автограф

№ 12. ДОНЕСЕНИЕ М. ПЛАТОВА АЛЕКСАНДРУ I О ДЕЙСТВИЯХ ДОНСКИХ ПОЛКОВ ОПОЛЧЕНИЯ

Октябрь 1812 г.

Всемилостивейший государь!

Прошлого июля месяца от 26-го числа имел я счастье всеподданнейше данесть вашему императорскому величеству о сделанном мною наказному войсковому атаману генерал-майору Денисову 6-му предписании о выкомандировании с Дону оставшихся там служилых чиновников и казаков, составя из них сколько будет полков, и на укомплектование недостающего количества, на место убитых и от ран умерших, в полках в армии находившихся команд. Четыре таковых полка и две команды числом 830 человек, прибыв с поспешностью к армии в последних числах прошлого сентября месяца, по распределении последних на укомплектование полков, в которых еще недостало 150 человек, были оные в сражении с неприятелем 6-го числа сего месяца при разбитии оного у деревни Спасской и, служа с верноподданнической ревностью, отличили себя при поражении неприятеля, при котором отбито у него 18 пушек.

Затем с 29 сентября по 11-е число сего месяца прибыли к армии и составленные на Дону из отставных и частию льготных чиновников и казаков в ополчении 21 полк при генерал-майорах Грекове 1-м, Грекове 3-м и Иловайском 3-м, которые какого дня прибывали к армии, того же и употреблены были в разные места к действию против неприятеля.

13-го числа сего месяца, находясь они со мною по повелению генерала-фельдмаршала князя Голенищева-Кутузова в тылу неприятеля и быв побуждаемы ревностнейшим и верноподданническим рвением на защиту августейшего престола и отечества от нашествия врага, оказали заслугу: первый отряд под командой генерал-майора Алексея Иловайского у Малоярославца, разбив неприятеля с жестоким поражением, отбил у него 11 пушек, другой, находившийся в самом тылу неприятеля, близ города Боровска, под командой генерал-майора Кутейникова 2-го, напав на него, положил на месте и взял в плен довольное количество, в том числе одного неприятельского дипломатика с картами и нужными бумагами, открывшими неприятельские замыслы, писанные рукою Бертье, а третий под командою полковника Иловайского 9-го впереди Медыни отбил 5 пушек, побил довольно и взял в числе пленных неприятельского генерала Хацкевича...

ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 107 лл. 33, 38.

№№ 13-15 РАПОРТЫ М. И. ПЛАТОВА М. И. КУТУЗОВУ ОБ УСПЕШНОМ ПРЕСЛЕДОВАНИИ БЕГУЩИХ ВОЙСК НЕПРИЯТЕЛЯ

№ 13

20 октября 1812 г.

Рапорт его светлости

Неприятель преследуем столь живо, что я после вчерашнего рапорта теперь могу донести, что он бежит так, как никогда никакая армия ретироваться не могла. Он бросает на дороге все свои тяжести, больных, раненых, и никакое перо историка не в состоянии изобразить картины ужаса, которые оставляет он на большой дороге. Поистине сказать, нет 10 шагов, где бы не лежал умирающий, мертвый или лошадь. Сии 2 дня он поднял на воздух в виду нашем более 100 ящиков, такое же число принужден был за быстрым нашим следованием оставить на месте. Он поражаем везде.

От Колоцкого монастыря до сих пор он хотел местах в десяти держаться, но искусным действием нашей артиллерии и в пристойных местах егерями он везде был сбит.

Сего числа ввечеру у Гжатска он выстроил на высоте большие пехотные колонны, пустил стрелков своих в леса, по обе стороны дороги лежащие, и установил фронт свой батареями. Но противупоставленные нами 8 орудий Донской конной артиллерии под командой полковника Кайсарова и пущенные лесами в обход в оба фланга егери и орудия на флангах при казачьих бригадах произвели столь сильное наступление, что неприятель после 2-часового, однако же, сражения принужден был быстро отступить, преследуем будучи казаками до самой ночи.

Я теперь накормил войска, сажаю егерей на казачьих лошадей и буду теснить его во всю ночь.

Между тем, как кажется, арьергард неприятельский под командою маршала Даву уже надвинулся на некоторые корпуса, которые впереди его шли. Так как кавалерия его будучи лишена фуража, то ведет он ее в средине своей армии, которой голова, кажется, сего числа может быть у Вязьмы, и прикрывает ее пехотным корпусом Даву, с которым я и действую. Видно, что и кирасиры неприятельские пришли в худое положение, ибо вся дорога во многих местах покрыта разбросанными кирасами.

Два полка в команду графа Ожеровского в Юхново мною отряжены.

ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 107, лл. 16, 43.

№ 14

27 октября 1812 г, д. Манторово

Рапорт его светлости

Имею долг и счастие поздравить вашу светлость с победою, и с победою редкою над неприятелем, о которой подробно донесет вашей светлости находящийся со мною и отправленный с сим ротмистр граф Апраксин.

После отправления вчерашнего донесения моего вашей светлости с графом Сиверсом следовал я по предписанию вашему с правой стороны большой Смоленской дороги, лежащей из Дорогобужа на Смоленск, чтобы предупредить головы колонн неприятельских, поражать его, не допускать фуражировать и зажигать селений наших.

Вашей светлости донес, что следую на Соловьево, не полагая, чтобы найти неприятеля на Духовщинской дороге, но вчерашнего дня, нашед неприятельский Корпус вице-короля итальянского Евгения, ретирующийся по дороге от Дорогобужа к Духовщине, с помощью божиею ударил на него и разрезал на две части. Часть потянулась к Духовщине, а другая, обратившись к Дорогобужу, в крайнем беспорядке рассыпалась по разным местам, но нынешнего дня разными проселочными дорогами соединилась с той частью, которая пошла на Духовщину.

Сегодня, несмотря на продолжающуюся ненастную погоду, опять ударил я на неприятеля, где нашел его, и разбил совершенно.

В двоедневное, т. е. вчера и сегодня, поражение неприятель потерял множество убитыми, в том числе есть и генералы, что доказывают доставленные ко мне знаки их; в плен взято более 3 тыс. человек, в том том числе есть полковые начальники, штаб- и обер-офицеры. Брато в плен мало, а более кололи, теперь же приказано от меня всем полкам давать неприятелю пардон и брать в плен. Отбито с бою 62 пушки, а быть может и более, ибо верного счету им сделать еще не успел. Найдутся и знамена, но теперь за скоростью еще не представлены ко мне... (Кутузов, рапортуя Александру I об этом разгроме неприятеля, писал: «Казаки делают чудеса… Французы, в плен получаемые, неотступно просят о принятии их в российскую службу, даже вчерашнего числа атаманской гвардии 15 офицеров приступили с тою же просьбою, говоря, что нет выше чести, как носить российский мундир» (ЦГВИА, ф. ВУА, д. 3514, л. 489))

С правой стороны моей у города Духовщины генерал-майор Иловайский 12-й с бригадою его также поразил сильно неприятеля, взял в плен неприятельского генерал-аншефа, начальника Главного штаба всех армий Сан-Сона и более 500 человек разных чинов, которые и отправлены им в город Белый, а генерал Сан-Сон доставляется ко мне.

Для преследования неприятеля по Смоленской дороге по повелению вашей светлости послал я 5 полков с генерал-майором Грековым 1-м, а сам с остальными полками поспешаю к Духовщине, чтобы, конечно, поразить остатки сего неприятельского корпуса и потом по воле вашей светлости приму направление налево от Духовщины прямо на Смоленскую большую дорогу к переправе у Соловьево, чтобы и там поразить другого неприятеля в голове или средине колонн его. Между тем буду наблюдать и того неприятеля, который потянется по дороге от Духовщины, и того, который потянется на Смоленск...

Покорнейше прошу вашу светлость простить мне за нескорое донесение мое, ибо за отдаленностью нахождения моего не могут скоро успевать приехать к вам нарочные мои, а иногда на поспешнейшее отправление донесений моих недостанет и времени.

Дело идет очень хорошо, надобно только поспешать за неприятелем...

ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 107, лл. 29, 41

№ 15

19 февраля 1813 г.

г. Калиш

Рапортами моими вашей светлости имел я честь доносить о каждой над неприятелем одержанной победе, во краткость времени, сильный натиск при преследовании врагов день и ночь и беспрестанные ему поражения не дозволили мне описать всех военных действий тем порядком, который бы мог представить все подробности оных в целости, о коих имею честь теперь представить в начальническое ваше милостивое рассмотрение...

Светлейший князь! Я не распространяю здесь дела, бывшие в июне и июле месяцах и до половины августа прошлого 1812 г., где я прикрывал ретираду обеих армий и дрался с неприятелем ежедневно, спасая все, как и остающихся за слабостью солдат, подвозя их на казачьих лошадях и не дав взять неприятелю ни одной повозки, о чем тогда же известно было обоим предводителям армий; но труды, подъятые нами, были неисчислимы, опасности велики.

Сверх ежедневного поражения неприятеля в преследовании, мы сражались с ним жестоко в боях, а именно, когда он останавливался и сильно упорствовал, защищая занимаемые им позиции с отчаянностью: октября 13-го у Малоярославца и Боровска, 14-го у г. Медыня, 19-го при Колоцком монастыре, 20-го пред г. Гжатском, 22-го пред г. Вязьмой, 23-го у с. Семлево, 26-го и 27-го в окрестностях р. Вопь пред Духовшиной, ноября 3-го и 4-го пред Смоленском и при занятии сего города, 8-го, 9-го и 10-го от Сырокоренья до Гусятина, 11-го у г. Орши, 16-го при мес. Плещенцах, 17-го у Борисова, 24-го при мес. Молодечне, а особливо 28-го у Вильны на Погулянке и при Панарской горе, где было собрано разных корпусов более гораздо 30 тыс., совершенно напрах разбиты и орудия у них отняты; 2-го декабря при выбитии его из Ковно и переходе за Неман.

Но с верою в духе и пламенным усердием к августейшему монарху под начальством вашим остались мы непобедимы, и неприятель, утвердительно доношу, не более как в 1 000 человек, кроме корпуса Магдональда, без одного орудия, изгнан тем самым путем, которым пришел.

Мы исполнили по верноподданическому долгу нашему присягу и священную обязанность...

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 31, лл. 2-15 об.

№ 16. ПИСЬМО М. ПЛАТОВА ГЛАВНОМУ ВОЕННО-МЕДИЦИНСКОМУ ИНСПЕКТОРУ РУССКИХ АРМИИ Я. ВИЛИЕ О ЗАСЛУГАХ ЛЕКАРЕЙ СОКОЛОВА АНДРЕ И ВОЙНОВИЧА

Милостивый государь мой Яков Васильевич!

Находящиеся при корпусе, мне вверенном, штабс-лекари Соколов и Андре и особенно при полку Атаманском лекарь Войнович во все время преследования неприятеля от Малоярославца до р. Немана и далее за оную до Данцига были при полках, в авангарде бывших. И при всех поражениях неприятеля, среди опасности под ядрами и картечными выстрелами по неутомимой деятельности их успевали преподавать раненым чиновникам и нижним чинам не только нашим, но и взятым в плен (Многие документы говорят о замечательной черте русской армии в период войны 1812-1815 гг.-ее гуманном отношении к пленным и гражданскому населению на всем пути следования от российских границ до Парижа. При вступлении в г. Вильно Кутузов предписывал Платову: «Употребить все меры, дабы сей город при проходе наших войск не был подвергнут ни малейшей обиде.., Наши поступки в теперешних обстоятельствах будут иметь большое влияние на предбудущее время. Позже, перед вступлением в пределы Франции, в приказе Барклая-де-Толли также подчеркивалось, что оскорбления обывателей... помрачают славу оружия и славу самого народа, объявившего себя защитником блага общего. Нет нужды исчислять бедствия, угрожающие войскам от дурного обращения их с жителями; участь, постигшая армии неприятельские в отечестве нашем, может служить нам живейшим тому образцом» (ГАРО, ф. 46, оп 3, д. 33, л. 43)), пособие, перевязывая раны и делая немаловажные операции с желаемым успехом. Кроме же того, пользуя больных и раненых, при корпусе находящихся, доказали опытность свою и совершенное искусство во врачевании. О каковых отличиостях сих штабс-лекарей Соколова и Андре и лекаря Войновича, доводя до сведения вашего превосходительства по начальствованию вашему военной медицинской частью, я покорнейше вас, милостивый государь мой, прошу об исходатайствовании им заслуживаемого ими по всей истине награждения: первых двух Соколова и Андре орденами Св. Владимира 4-й степени, а последнего Войновича следующим чином.

Имею честь быть с моим истинным к вам почтением и преданностью, милостивый государь мой, вашего превосходительства.

ГАРО, ф. 46, оп. 3, д. 31, л. 2

предыдущая главасодержаниеследующая глава




содержанка ищет спонсора в питере.


Пользовательского поиска